На лице Невзорова вновь улыбка расцветает, очередной оскал лютого зверя, и я сглатываю, когда

Клим тянет руку ко внутреннему карману пиджака и оттуда достает телефон. Снимает с экрана блокировку и кладет его на столик.

— Зацени киношку, дорогой. - выделяет последнее слово, явно давая понять Мельникову, что он думает о его обращении.

Чувствую, как Иван Иванович напрягается и смотрит на телефон, будто на змею ядовитую."

"Немного колеблется и все же забирает, нажимает на экран, и весь холл заполняется характерными звуками, женскими криками, а мне.. мне дурно становится, потому что это даже не звуки секса, это что-то грязное и отвратительное.

Так и тянет уши закрыть, чтобы не слышать, что говорит мужчина и о чем просит женщина.

Мне так плохо теперь, взгляд мечется по холлу, желаю убежать и скрыться и именно в этот момент наталкиваюсь на спокойный изучающий взгляд Клима.

Что-то в его глазах проскальзывает настолько острое, опасное, голодное, что мне хочется сглотнуть. Отчего-то ощущение приходит, что этого мужчину ничем не удивить. Все знает. Все пробовал и с партнершами проблем не имеет, да еще и не о том его, наверное, пассии просят.

Наши гляделки длятся секунду примерно, потом я опускаю веки и прячусь от этих пронзительных льдистых глаз, которые отслеживают каждый мой жест.

Таки хочется закричать:

Игнат Спаси меня! Прости меня за то, что столько глупостей совершила, что так подставила тебя.

Твой мир полон гиен, шакалов и вот таких львов, которые, учуяв кровь, будут преследовать свою жертву. пока не добьют..

— Ну и что ты мне этим видосиком сказать хочешь?

Кажется, Мельников от увиденного в себя приходит. Собирается и пытается звучать убедительно.

властно.

— А то и значит, Иван Иванович. Дамочку на видео, я думаю, ты признал.

— Ну.. допустим... - выдает с нажимом, и глаза у борова вспыхивают ненавистью.

— А знаешь, где эта киношка для взрослых снята была? — вновь спокойный вопрос, и я вижу, как

Иван Иванович сглатывает, как рука к горлу тянется, но он ее останавливает, очевидно, галстук начал сжиматься на толстой шее хряка.

— Без понятия, - отмахивается.

— Ну а я тебе поясню. На твоей точке. Ты же у нас и любитель поснимать кинчишко для взрослых?

В шоке гляжу на Мельникова и ощущаю, как тошнота к горлу подкатывает.

— Более того, ты сам и в кресле режиссера посидеть любишь, да еще и участие принять в кино.

Слова Клима заставляют меня вздрогнуть. Перевожу обескураженный взгляд на Мельникова, который буквально багровеет.

— Ты не докажешь, — произносит с нажимом и на Невзорова исподлобья смотреть начинает.

Клим же вновь совершенно равнодушно пожимает плечами.

— Мне и не нужно ничего доказывать.