– Но, наверное, вам лучше побеседовать с моим мужем? Должна признаться, я совершенно ничего не понимаю в бизнесе, боюсь, от разговора со мной будет мало проку.

- Я ехал к вам, Римма Евгеньевна, - спокойным голосом ответил гость.

- Ко мне? – изумилась она, и успокоившиеся было нехорошие предположения снова подняли голову. – Интересно, по какому вопросу…

- По личному, - уронил Дивин.

И сердце Гориной ёкнуло – ну точно из-за щенка!

Захотелось высказать в лицо всё, что она думала про бывшую невестку и её мальчишку, а потом выставить непрошенного гостя вон. Но усилием воли Римма Евгеньевна сдержалась.

Нет, пусть говорит, она придумает, как выйти из ситуации с наименьшими потерями. А то с Дивина станется, не получив искомого у неё, у матери, отправится к её сыну или мужу.

- Вот как? – безэмоционально произнесла она и медленно опустилась на второй диванчик. – Не представляю, о чём может пойти речь, но раз вы настаиваете… Я вас готова выслушать.

- Прекрасно, - кивнув, Дивин вернулся на своё место. – Римма Евгеньевна, скажите, вам знакома фамилия Сопелкин?

И у неё перехватило дыхание.

«Боже мой… Откуда?! Что он может знать?! – мысли заметались перепуганными воробьями.

– Нет, это невозможно! Вася давно в прошлом, более того, он вряд ли жив, потому что я искала. Да, искала, чтобы убедиться – он никогда не появится на моём пороге! Его нет, он умер, умер!!!»

Гость молчал и внимательно наблюдал за сменой эмоций на её лице.

Пауза становилась неприличной, и Римма с трудом выдавила из себя:

- Простите, я не знаю, о ком вы говорите.

- Сопелкин Василий, - безжалостно повторил Дивин. – Сопелькин, как его звали недруги и те, кто хотел задеть.

- Я не понимаю, о ком вы говорите, - отрезала Горина, с трудом взяв себя в руки.

- Для склероза рановато, - задумчиво произнёс гость. – Возможно, частичная потеря памяти?

- Вон!

Римма возмущённо вскочила, но вместо металла, голос дал петуха, и получилось жалко и испуганно.

- Хорошо, - Дивин не стал спорить и направился к выходу. – Сожалею, что зря вас побеспокоил. Надо было, как изначально собирался, обратиться к Егору или Андрею Геннадьевичу, так и поступ…

- Стойте, - вымученно воскликнула она. – Зачем беспокоить моих сына и мужа? Они тут вообще ни при чём! Да, я знаю… знала Васю Сопелкина, только сейчас его вспомнила.

Обычный мальчик. Кажется, даже ухлёстывал за мной, но нужно быть дурой, чтобы согласиться на двушку в хрущобе и неблагозвучную фамилию. Дурой я никогда не была, мы расстались ещё на конфетно-букетной стадии. Не понимаю, какое сейчас это имеет значение? Мало ли кто с кем был знаком в годы молодости? Я не считаю нужным всю жизнь вспоминать каждого…

- Не предполагал, - мягко заметил Дивин, – что отец вашего единственного сына для вас – каждый.

И у Гориной потемнело в глазах.