Просто заплатил, чтобы подменили результат, да?

- Знаешь, - Дивин вмиг стал серьёзным, - сам ничего не понимаю. Про второе исследование я не знал. Мои люди не заметили, чтобы отец посещал другую клинику, видимо, он это сделал на следующий день или позже, когда наблюдение уже было снято. Для меня новости такие же неожиданные, как и для тебя. И на это есть только два объяснения – или в лаборатории что-то напутали или…

Михаил нахмурился и тряхнул головой.

- Или? – повторила Аня.

- Или Миша на самом деле его внук.

- Исключено! Я прекрасно помню, от кого родила, - фыркнула Анна.

– В моей жизни было только двое мужчин, уж прости за подробности. Но с тобой мы давно расстались, а беременность не может длиться семь лет. Даже слоны столько не носят…

Буркнула и обхватила себя руками, словно озябла или пытается закрыться, спрятаться от всего мира.

- Что теперь будет, а?

- Ничего плохого не случилось, что ты паникуешь? - Дивин подошёл, осторожно притянул жену к себе. – Я всё выясню, но чтобы мы ни узнали, для Мишутки ничего не изменится. Он – мой сын и наследник.

- И… что ты думаешь делать? Как выяснять?

- Для начала придётся провести ещё несколько исследований: проверим ДНК между Мишуткой и папой, мамой, мной и тобой.

- Зачем?! Что-то мне уже плохо от одного слова «ДНК», - затрясла головой Аня.

- Чтобы исключить ошибку той лаборатории, которая признала Мишу внуком моего отца. И заодно выясним – а вдруг Горины нам дальние родственники? Или Салимовы? Хотя я ничего такого не слышал, эти фамилии никогда в нашем доме не звучали, но чем чёрт не шутит? И для большей достоверности, я лично отвезу образцы в Москву.

- Господи, как я устала, - почти простонала Аня, не замечая, что не просто приникла к груди Михаила, а уже сама его обнимает.

- Всё будет хорошо, - сглотнув, пробормотал Дивин и невесомо прикоснулся губами к её макушке. – Я обещаю тебе, Ань – сделаю всё возможное и невозможное, чтобы ты и Мишутка были счастливы.

- Зачем тебе это? – шепотом спросила она. – Сейчас ты думаешь, что это не важно, но пройдёт время, и ты захочешь иметь своего ребёнка. Свою кровь.

- Я уже говорил – своих у меня не будет.

Она попыталась отстраниться, но Дивин крепче сжал руки, не позволяя отойти.

– В той аварии я не только весь переломался и обезножел. Были травмированы мои… скажем так, органы производства потомства.

Аня дёрнулась, но Дивин не отпустил.

- Постой так ещё пять минут, - попросил он. – Для меня это сложная и болезненная тема, тем более рассказывать о таком приходится любимой женщине.

И её сердце на мгновение замерло, а потом мячиком заскакало вверх и вниз.

- Нет, дисфункции не случилось, как и ужасов вроде деформации или ампутации, - не замечая, как заалели щёки Ани, продолжил Дивин.