Волосы длинные, светлые, черты лица красивые и при этом не кукольные. Огромные глаза.

– Что ты тут делаешь? – спросила я резко, едва Оля подошла.

– То же, что и ты, – ответила она мне в тон. – Хотя тебе тут делать как раз нечего.

– Это не тебе решать.

Она проигнорировала меня, как пустое место. Белобрысая сука! В груди полыхнула ярость, стоило уловить запах клубники.

– Если Кир использовал тебя в качестве утешения, это ещё ничего не значит, – процедила ей в спину.

Оля напряглась. Медленно повернулась. Сколько бы я ни повторяла, что она ему никто – не помогало. Он провёл с ней ночь, которую должен был провести со мной.

Но это ничего не значит.

– Он всегда любил меня, – сказала я, глядя на неё в упор. – И всегда будет любить только меня.

– Да что ты говоришь? – Её голос был наполнен иронией. – Ты слишком самоуверенная, учитывая, что тебя послали у алтаря у всех на виду.

– В самый раз.

Она снова прошлась по мне взглядом и отвернулась. Я заставила себя замолчать, хотя больше всего мне хотелось напомнить ей, что её тоже послали. Только с концами. Кирилл мой. Так было, есть и будет. Я очень надеялась, что есть и будет.

Смотрела на её спину, на распущенные волосы, а запах клубники так и разъедал нутро. Напоминание о свадьбе прошлось лезвием по и без того кровоточащей ране.

Оля пошла вперёд по коридору, а запах клубники остался. Он доводил до бессилия, до отчаяния. А в памяти мелькали их совместные с Киром фотографии: его рука на её талии, её и его улыбки…"

"В пустом коридоре мелодия зазвонившего телефона показалась особенно громкой. Оля принялась рыться в сумке. Нахмурилась, взглянув на дисплей, и поспешно ответила:

– Слушаю.

Каблуки застучали по полу.

Она отошла дальше к окну и только остановилась, двери напротив меня открылись. По серьёзному взгляду вышедшего мужчины я сразу поняла, что это врач. Он пристально, изучающе осмотрел меня, потом бывшую Кира. Сказав, что перезвонит, Оля вернулась. Но мне не было до неё дела.

– Что с ним? – только и смогла спросить я.

Вдруг стало до безумия страшно. Слишком серьёзным было выражение лица врача, слишком непроницаемым – взгляд. К горлу подкатила паника, под ложечкой засосало. Прыжок, падение… Хотелось прогнать картинки из памяти. Прыжок, падение… Алое пятно на льду.

– Что с Кириллом? – Голос вдруг сел.

– Вы ему кто?

– Я… Я его… – Хотела сказать, что невеста, но язык не повернулся. – Я его девушка.

Врач посмотрел на Олю, но ничего не спросил. Я неосознанно выступила вперёд.

– У Кирилла сотрясение головного мозга средней степени тяжести и вывих плеча.

– Он потерял сознание… – Сотрясение? Страх не желал отступать. – Он ударился головой об лёд, потом встал…

Я замолчала. Прикрыла глаза и вздохнула с облегчением, хотя всё ещё до конца не верила, что всё обошлось.