Значит передо мной наследник фармацевтического царства. Мой ловкий на всякую фантазию мозг сразу нарекает этого наследника Иван — царевичем.

Недоумение и возмущение в моих глазах было столь явным, что Иван Львович удостоил меня объяснением ситуации.

— В настоящий момент Лев Петрович занят, как впрочем и в ближайшие несколько месяцев. Так вы можете с чистой совестью искать другое место работы, не смею вас задерживать, — Иван Львович посмотрел на меня, потом приподнял брови, явно демонстрируя удивление от того, почему я ещё не исчезла из его кабинета.

Сказать, что я огорчилась — это не сказать ничего, мне некуда было идти из этого дома! Я была уверена, что получу работу сегодня и останусь здесь как минимум на несколько месяцев. А теперь получается, что мне нужно уйти в никуда. Нет, на это я не согласна!

Я уже открыла рот, чтобы сообщить, что никуда я не уйду пока не поговорю с Львом Петровичем, как вдруг, где-то в доме раздался женский крик. Потом грохот, словно разбились два сервиза сразу, затем топот ног и крик женщины перешёл в причитания.

Иван Львович резко вскочил из-за стола и выбежал из кабинета, я секунду зависла в оцепенении, соображая, что же делать мне, а потом рванула следом за Иваном, хотя ещё не понимала, куда и зачем. Видно жива еще привычка со времён работы в больнице — бежать на помощь без раздумий.

Я неслась по коридору за Иваном, боясь отстать, поскольку дом огромный и заплутать в нем ничего не стоит.

После поворота выбегаю в небольшой холл перед лестницей на второй этаж и вижу лежащего на полу Льва Петровича и вокруг осколки стекла. Какая-то женщина сидит на полу и плачет, уже знакомая мне горничная стоит замерев и, кажется, не дышит от ужаса. Иван упал на колени перед отцом и пытается с ним говорить.

Всю эту картину охватываю взглядом и оцениваю за полсекунды и, отталкивая Ивана-царевича от тела на полу, громко отдаю ему приказ срочно вызывать скорую помощь, а сама начинаю, как казалось мне, забытую процедуру с человеком без сознания: пульс, дыхание, реакция зрачков на свет. Осмотр не радует — похоже, до скорой придётся мне попотеть, не давая умереть моему несостоявшемуся начальнику. Везёт мне! Хотя, по сравнению с ним, в данный момент у меня всё прекрасно.

Краем глаза вижу Ивана с телефоном у уха, но вот он вызвал скорую, метнулся ко мне и грозно просто-таки прошипел, а не проговорил.

— Вы медик!?

Я лишь кивнула, у меня есть заботы поважнее, чем рассказывать о моём образовании.

Мои руки автоматически освобождают шею Берестова старшего — расстегнула пуговицы, голову чуть запрокинула назад, так, дыхательные пути вроде свободны. Можно начинать.