– Да, странно.

Я подхватываю Вику на руки и несу ее в душ. Помогаю вымыться, быстро ополаскиваюсь сам и проваливаюсь в сон. Не помню, чтобы я спал так крепко и долго. Утром еле глаза разлепляю.

– Проснулся? Я уже думала, ты заболел, – шепчет Вика, передвигаясь по гостиной в инвалидной коляске. Ее я тоже приобрел для удобства. – Я завтрак приготовила – запеченные в духовке бутерброды с сыром, мясом и овощами.

– Спасибо, родная, – целую ее в щеку. – Я долго не мог заснуть. Гадал, как поступить мудро? И ничего не придумал.

– За тобой приедет дядя Боря. А я скучать не буду – мамуля обещала навестить меня с Егоркой. Потом домработница придет убираться, а я немного порисую и…

– Будь осторожна в мое отсутствие, ладно? Никому не открывай. Я попрошу кого-то из охранников приехать и подежурить возле калитки.

– Зачем ты будешь беспокоить людей попусту, Кир? Я вижу на экране, кто пришел. И никого постороннего не пущу.

Добровольский все-таки раздобыл номер телефона Златы. И, конечно, по телефону она его послала куда подальше.

– Ничего страшного, мои ребята пробили ее местоположение, – не без удовольствия произносит он. – Злата работает в гостинице «Олимп» на проспекте Гагарина. Едем туда. Попробуем убедить ее дать показания против Ивана Баранова и Стефании.

– У вас есть их фотографии? – произношу, бросая беглый взгляд в окно машины.

– Да. Нашел Стефанию в социальных сетях. У нее море обожателей, Кир. Не понимаю – откуда в ней столько злобы? Как так? Может, она больна психически?"

"– Не исключено. Как человек может столько времени методично ненавидеть и вредить другому?

– Вот и я о чем…

Злата бледнеет, завидев нас – целенаправленно идущих к ресепшену.

– Здравствуйте, желает забронировать номер? Какой предпочитаете – с видом на парк или…

– Мы предпочитаем правду, – ультимативно произносит Добровольский и выкладывает на стойку фотографии.

Злата морщится и отворачивается при виде снимков… Напрягается, бледнеет. Озирается по сторонам, как загнанный зверек. Боюсь, что следующим ее шагом будет вызов полиции или охраны.

– Злата, никто не навредит вам. Вас ни в чем не обвиняют. Скажите, она вас запугала? Стефания?

– Д-да… Она крутая барышня. И очень… Как бы это сказать помягче? Она сумасшедшая. Ненормальная. От меня требовалось только впустить ее братца в номер и… все… Она пообещала, что с той девушкой ничего не случится. Она, мол, просто поспит и все. Я впустила того парня… Но он же не насиловал ее? Нет? Я узнавала потом у следователя – та девушка осталась живой и здоровой. А я получила круглую сумму на счет за помощь.

– Следователь допрашивал вас?

– Да, один раз. Потом дело передали в архив за неимением улик. А что вы сейчас от меня хотите? – взволнованно спрашивает она.

– Та девушка – моя жена.