Может, кого-то ты крепко обидел в детстве или юности? И почему мне эта идея пришла только сейчас?"

"– Поверь, Борис Иванович тоже терзал меня подобными расспросами, но фотоальбом смотреть не предлагал. Так что – позовем маму в гости? Альбомы все у нее. Не знаю, Вик… Я каждый день жду что-то новое… Угрозу или покушение. Наверное, ты права? Я в чем-то провинился. И забыл, в чем.

– Звони маме. Жаль, что я не могу испечь пирог. Мне ведь можно вставать.

– Лежи. Я закажу пирожные из пекарни. Потерпи немного, скоро ты сможешь жить полноценной жизнью. И скоро закончат ремонт в твоей мастерской. Я первый закажу картину в кабинет.

– Хорошо, Кир… Люблю тебя.

– А я тебя больше.

Глава 28.

Глава 28.

Вика.

Знал бы Кирилл, сколько в его словах смысла… Полноценная жизнь. Последние дни я только и делаю, что лежу… Но еще никогда я не чувствовала себя такой счастливой. Я живу на полную катушку, люблю и чувствую ответную любовь… Ведь совсем недавно я и помыслить не могла, что между нами что-то может измениться… Казалось, ненависть раздавила собой все живое, уничтожила, оставив зияющие раны… Мы не понимали друг друга, обижались, не доверяли, мучили… Дня не проходило, чтобы мы не ссорились…

А потом случилась авария… Она, как лакмусовая бумага проявила важное и скрыла то, что пора отпустить… Я была так близко к смерти… Чувствовала ее смрадное, ледяное дыхание, касающееся виска… И бешеное биение сердца в висках ощущала… Оно заглушало крики моих родных – Кирилла и Егорки… Разве можно теперь все исправить? Я кричала, как сильно его люблю, но вряд ли Кир слышал… Все стало неважно, ведь исправить не представлялось возможным…

– Викуль, ты чего? – угадывает мое настроение Кирилл.

– Просто… Кошмары до сих пор снятся. Я так хотела казаться сильной… Знаешь, в чем я хотела признаться? Я кричала тогда, как сильно тебя люблю… Так и не смогла забыть. Боялась, что так никогда и не скажу, что думаю… Господи…

Закрываю лицо ладонями, мгновенно проваливаясь в прошлое… Даже если злоумышленника отыщут, я еще долго буду вздрагивать по ночам… Это было страшно. Невероятно страшно – балансировать по краю пропасти.

– Вика, все пройдет, вот увидишь. Все совсем скоро кончится… Я буду рядом, слышишь? Не оставлю тебя и нашего сыночка.

– Ладно… Долой хандру. Скоро твои приедут?

– Да с минуты на минуту. Пойду чайник ставить.

Я могу ненадолго садиться и принимать самостоятельно душ – тоже сидя. Большую часть времени я провожу лежа – даже сексом заниматься умудряюсь… Вокруг моей кровати на колесах – вязание, недописанные картины, книги, вышивание и прочие вещи, скрашивающие мое унылое лежачее существование.

Кирилл быстро наводит порядок и идет в прихожую открывать дверь.

– Викуша, как ты, детка? – ласково спрашивает Антонина Ивановна.