Что послужило, причиной их гибели было сложно сказать, но следы от попадания в них игл присутствовали. Однако следы абордажа корабля отсутствовали. По дороге мне также попалось несколько погибших рабов. По какой причине они погибли было совсем непонятно, но у меня сложилось впечатление, что рабы устроили диверсию и именно это послужило причиной гибели корабля. Попасть в рубку сразу не удалось, бронезащита рубки оказалась опущена, но меня это обрадовало. Три инженерных дроида быстро порезали в защите отверстие, и я проник внутрь. Сразу посмотрел на место установки искина и понял, что мимо. Взрывом, место установки искина прилично разнесло. Пилоты находились в своих креслах. Кресло навигатора, капитана и его помощников оказались пустыми. Оба пилота оказались рабами. Их почему-то бросили в рубке, что выглядело весьма странно, ведь пилоты тяжёлого класса были дефицитным товаром на рабском рынке и стоили дорого. Впрочем, это вписывалось в мою теорию, что на корабле произошла диверсия и восстание рабов. После рубки заглянул в капитанскую каюту. Капитанский сейф оказался пустым."

"Следующий обломок оказался куском аратанского линкора. Ему изрядно досталось во время боя, а потом он столкнулся с другим обломком, и корабль разломился на три части. Мне пришлось обследовать все три части, основного искина не оказалось в рубке, а резервный находящийся на корме был уничтожен во время боя.

Три дня я настойчиво ползал по обломкам кораблей, но мне не везло. У Дока дела также обстояли не очень. По большей части попадались аварские капсулы и только изредка наши. Многие спасательные капсулы оказывались повреждёнными, а разумные в них погибшими. К Доку и абордажникам прибавилось уже больше десятка добровольных помощников, которые помогали им со спасательными капсулами. Вскоре выяснилось, что Док решил сделать всё по-своему. Он помещал всех аварцев сразу в криокапсулы. Мне он объяснил это тем, что ему совсем некогда заниматься допросами. Как выяснилось позже, он уже уложил в криокапсулы двух аварских капитанов, не уведомив меня. На четвёртый день, когда я уже возвращался, обратил внимание на совсем небольшой носовой обломок. Обломан он был как раз по рубку, и рубку линкора было хорошо видно. Вначале я пролетел мимо, но потом решил всё-таки его обследовать. Впрочем, быстро понял, в рубку попала ракета. Взрывом почти полностью разрушило рубку и убило всех, кто находился в рубке. Вот только когда я вырезал защиту искина, понял, что я его нашёл. К сожалению, понять, чей это был раньше линкор, не представлялось возможным. Весь обломок теперь был во вмятинах и повреждениях. Однако искин был точно цел. Я его вырезал вместе с защитой, сильно опасаясь, что он заминирован.

На буксире выяснилось, что я оказался прав.