Схватив ее за руку, Себастьян стремительно двинулся мимо клумб и магнолий. Затем остановился у деревянной скамейки и торопливо снял с себя куртку. Это была не слишком мягкая подстилка, но выбирать не приходилось.

— На земле, Себастьян? — Журчащий смех Иден разлился по саду.

Неожиданно ему пришло в голову, что трава — самое идеальное место для любви с Иден. Опустившись на мягкий зеленый ковер, Себастьян потянул Иден к себе.

— Ты должна знать: я уезжаю отсюда не потому, что таково мое желание, а потому, что должен. Если бы не обстоятельства, я…

— Не важно. — Иден приложила указательный палец к его губам. — Ты не должен ничего объяснять. Главное в том… — Жадно вглядываясь в его помрачневшее лицо, Иден вдруг осознала, почему именно этот мужчина вызывает в ней столько разнообразных эмоций, почему в его присутствии она и расцветает, и взрывается. — Главное в том, что я люблю тебя…

Дюжину раз Себастьян слышал эти слова, но никто не говорил их с такой искренностью и убежденностью, как Иден, и никогда еще они не звучали так смиренно и благоговейно. Раскрыв ей свои объятия, он вдохнул ее тонкий аромат, прильнул к ее телу, но когда начал ласкать ее, Иден его остановила:

— Я хочу потрогать тебя, ведь я так этого и не сделала.

Собрав волю в кулак, Себастьян предоставил Иден расстегнуть его сорочку и погладить кончиками пальцев грудь. Его тело застыло, а потом растаяло под ее нежными неумелыми прикосновениями. Когда губы Иден скользнули по его коже и приблизились к соску, Себастьян спросил себя, как долго он еще выдержит эту сладостную пытку, прежде чем варварский инстинкт возьмет верх. Иден еще только начала, а он весь дрожал от желания.

Лаская его, Иден все больше упивалась той властью, которой, как оказалось, она обладала. Она ощущала его участившееся сердцебиение, слышала отрывистые вздохи, и ей было любопытно: что еще ей следует сделать, чтобы он загорелся так, как она сама вспыхивала от его прикосновений. До Иден донеслось прерывистое дыхание Себастьяна, под ее рукой упругие мышцы его живота сжались, и Иден, наклонившись, проложила дорожку из поцелуев.

— Перестань! — простонал он.

— Я что-то делаю неправильно?

— Нет, ты все делаешь великолепно, только… — Он больше не мог произнести ни слова, потому что ее рука нырнула за пояс бриджей.

— Что «только», Себастьян?

— Ты убиваешь меня, — застонал он, и его тело инстинктивно выгнулось навстречу ее рукам.

— Я? — Иден невинно улыбнулась.

— Иди ко мне, я хочу тебя, — сгорая от нетерпения, пробормотал он и, торопливо откинув преграду из юбок, притянул Иден к себе. Только бы поскорее погрузиться в нее и оставаться там, пока весь мир не исчезнет в пламени.