То время, когда он мог на меня повлиять, шантажируя ребенком, уже прошло. Про Матвея он не знает, очень надеюсь, что не знает. Если б знал, уже бы предпринял меры, я уверена. Никаких рычагов давления на меня у него не осталось, так что пусть катится лесом.

— Иди сюда, — приказывает мне, и я послушно подхожу к дивану. Пока послушно.

Он резко встает и так быстро оказывается рядом со мной, что я вздрагиваю, но больше не отступаю. Не сейчас. Егор одним резким движением сдергивает с меня маску и жадным взглядом впивается в мое лицо. Пусть смотрит, сейчас мне стыдиться нечего, выгляжу я отлично, вызывающе, конечно, но то, как он реагирует на меня, наполняет мое тело странным удовлетворением.

— Ну, давай, покажи мне, чему ты научилась, дорогая — едко цедит сквозь зубы, — достойное занятие выбрала, ничего не скажешь.

— Вот только с грязью меня сейчас смешивать не надо, — прямо отвечаю ему, — я работаю, потому что мне срочно нужны деньги, а у тебя, как у женатого мужика какие оправдания, что ты оказался в таком месте в приватной комнате со стриптизершей?

Возможно, я совсем потеряла страх и перегнула палку сейчас.

Но остановиться уже не могу. Его эта фраза выводит из себя настолько, что я даже слышу, как скрипят его зубы от бешенства. Он подходит еще ближе, стягивает мою талию жесткими тисками своих рук, и наклоняется к лицу.

— Заткнись и танцуй, — приказывает мне и легонько стряхивает.

— Нет, — тут же твердо отвечаю без паузы.

— Что ты сказала? — выкрикивает мне в лицо.

— Ты же слышал! Я сказала нет! — повторяю также твердо. Мне даже дрожь в голосе удается скрыть.

— Больно смелая стала? — спрашивает все с той же злостью.

— А чего мне бояться? — пожимаю плечами, стараюсь, чтобы этот жест выглядел непринужденным и легким, — там за дверью охранник стоит.

— Не поможет.

— Что не поможет? — не понимаю его сразу.

— Охранник тебе не поможет, я ему тоже денег отвалил, он не будет вмешиваться.

Ну и ладно, танцевать меня он все равно не заставит.

— Танцуй, иначе вылетишь с работы, — предупреждающе скалиться в омерзительной улыбке.

— Ты думаешь в нашем городе это единственный ночной клуб? — опять пожимаю плечами, — найду другой, это не проблема.

После этой фразы, тормоза у Егора окончательно срывает, он подлетает ко мне, стискивает в железной хватке и прижимает к своему телу.

Впивается в мои губы и так одержимо целует, что я начинаю всерьез опасаться задохнуться от нехватки кислорода.

Я могу легко оттолкнуть его на словах, а на деле… На деле это очень сложно, мое тело всегда реагирует на него и предает меня. Это бесит нереально, но поделать с этим я ничего не могу. Чувствую, как горячая истома разливается внутри и сковывает меня невидимыми нитями.