Парень рефлекторно накрыл правую руку левой ладонью и процедил:

– Это семейный перстень. Он не будет ставкой в пари.

– Ты же сказал, что можно купить любую, – хищно оскалилась женщина. – Уже не можешь?

– А если я не настолько богат?

– О, поверь, если бы все решали деньги, я бы с тобой не спорила, – ухмыльнулась командир.

Наглец поколебался лишь мгновение. Его печальный жизненный опыт говорил, что в этом споре он победит, хотя ставить семейный перстень отчаянно не хотелось. Но отказываться от своих слов не хотелось еще больше.

– Ну, допустим. Кто несчастная?

Командир сверкнула белозубой улыбкой:

– Слышал, принцесса объявила отбор?

В таверне повисла пауза."

"– Нет, ему и повышение, и королевские харчи?! А харя не треснет?! – возмутился один из сослуживцев.

Командир лишь склонила голову на бок, даже не оборачиваясь на звук, и горластый мгновенно заткнулся.

– При всем моем уважении и преданности Ее Высочеству, участвовать и победить в этом эээ… инновационном методе отбора принца-консорта категорически мне не подходит.

– Зачем побеждать? – удивилась командир. – Дойди до финала. И выйди из отбора, уступив место второму участнику. А чтобы придать тебе должной мотивации, обращаю твое внимание: вылетишь на середине дистанции, твое отсутствие на службе будет расценено как самоволка со всеми вытекающими.

Женщина встала и, будучи великодушной от природы, предоставила парню последний шанс соскочить с опасного пари:

– Или ты можешь просто согласиться с тем, что, как ты выразился, «бабы» не продаются.

Но предоставленным шансом ее лучший боец не воспользовался. Возможно из-за природного упрямства, которое является основой мужского характера. А возможно из-за обилия свидетелей, которые после такого никогда не смогут воспринимать его всерьез. В любом случае, вместо возможности свернуть неприятную беседу, парень поднялся на ноги и с мрачным упрямством посмотрел на своего командира.

Та довольно ухмыльнулась и протянула ему ладонь:

– Пари?

Молодой офицер ответил на рукопожатие:

– Пари.

В отличие от всех присутствующих, командир была знакома с принцессой и имела удовольствие наблюдать успехи Ее Высочества в Железной академии. И, обладая всеми этими бесценным разведданными, оре-Роул могла сказать с уверенностью: шансов у парня никаких.

Но также командир знала и другое: стоящий перед ней молодой офицер был весьма перспективным юношей, с хорошим потенциалом, головой на плечах и удивительным чувством опасности, что в равной степени полезно как для гор или Фронтира, так и для тыла. Но его жизненная позиция, приобретенная не иначе как в годы трепетного отрочества, была не только вредна, но даже опасна для карьеры военного в матриархальном государстве.

И решить эту проблему могло лишь одно.

Пари.