Рука Игоря скользит вверх от моей талии, слегка задевая, ставшую невероятно чувствительной грудь, пальцы касаются шеи, поглаживая ямочку и ключицы. Большой проходит по линии подбородка и цепляет нижнюю губу, слегка оттягивая ее вниз.

— Она обещала оставить нас. Наверное, не стоит бояться. Как думаешь? Имеем мы право на свидании поцеловаться хотя бы? Мы же взрослые люди.

От его голоса меня пронизывают сотни мелких маленьких молний вдоль всего позвоночника. Его губы касаются моих, но поза не позволяет нормально поцеловаться. Резким движением переворачивает меня так, что я оказываюсь полулёжа на его бедрах и животе, лицом к нему. С громким стоном впивается в мой рот, обхватывая за затылок одной рукой, а второй накручивая на кулак мои волосы. Его властный язык врывается в рот, заставляя забыть, кто я, где я, и почему мы не должны были продолжать наш чувственный танец.

Нет, это не фейерверк перед глазами, это какое-то фееричное извержение вулкана. Когда искры со всех сторон, а испепеляющая лава вот-вот вырвется наружу. И в нем я чувствую то же самое. Довольно сдержанного босса явно разрывает от переполняющей страсти.

Все наши благие намерения тонут в этом непредсказуемом хаосе, лишая разума и осторожности.

— Ну вот! Теперь я верю, что вы решили пожениться по-настоящему! — раздается голос Сони, и включатся свет. — Я очень рада за вас!

Глава 27

Утром меня будит чудесный аромат капучино и… оладий? Откуда? Неужто Игорь? Открываю глаза и вижу Соню со столиком для завтрака.

— Привет, — смотрит заискивающе. Видимо, после вчерашнего чувствует себя виноватой. — Я тут тебе приготовила, то есть вам. Папа уже оценил. Сказал, что неплохо для первого раза. Я видео нашла в сети, как быстро приготовить оладьи. Попробуешь?

Вчера мы с Игорем немного пожурили ее за то, что не сдержала слово и не ушла к себе. Причем отец разговаривал, на мой взгляд, даже чересчур строго, но я не вмешивалась. Потом поговорю с ним. И вот сегодня девочка явно пытается загладить вину.

Хлопаю ладонью по кровати, приглашая ее присесть. Подходит медленно, боясь уронить столик с чашкой и тарелкой. Забираю его, и Соня тут же запрыгивает ко мне. Кладет голову на плечо.

Выглядит аппетитно.

— Какая вкуснятина! — разглядываю вполне симпатичные и даже ровные кружочки из теста. — Спасибо, дорогая.

— Я очень хотела порадовать папу и тебя. Он обрадовался, но потребовал, чтобы впредь я держала слово. Он ведь не понимает, до чего мне любопытно было, как вы найдете общий язык. Вик, ты меня понимаешь?

Треплю ее волосы. Чего тут не понимать?

— Сонечка, ну ты же уже большая и не можешь не догадываться, что не стоит так неожиданно появляться, когда у взрослых свидание, которое, между прочим, ты сама и организовала.