Я пойду, она очень не любит, когда я копаюсь как клуша.

Опять глажу по головке, приподнимаю к себе ее лицо за подбородок и говорю, что два дня пролетят незаметно. Удается ли успокоить, не знаю, но кивает и уходит. А я делаю шаг к приоткрытой двери. Заглядываю.

Кристина стоит близко к Игорю. Намного ближе, чем позволяет статус бывшей. И рука ее лежит тоже вовсе не там, где должна. Ширинка бывших мужей — точно не место для рук бывших жен.

— Кристина, — не совсем понимаю его тон. Он может быть как против, так и наоборот вполне себе за. Но он вдруг ловит мой взгляд в дверном проеме и громко говорит, — Вика! Солнышко! Ты как раз вовремя, Кристина решила взять к себе Соню на два дня.

Черт. Застукал. Ничего не остается, как войти. Стоп. Что еще за солнышко? И это после того, как подпустил ее к себе настолько близко?

— Игорь?..

Прерывает, не давая назвать себя по имени отчеству:

— Да малыш. Ты еще не знакома с моей бывшей женой? — Ответа, я так понимаю, никто не ждет. Представляет нас друг другу, — Кристина. Кристина, а это Виктория — моя невеста.

Эээ… КТО?

Презрение на лице куклы буквально зашкаливает, по десятибалльной шкале выдавая все двадцать.

Не знаю, зачем босс меня выставил невестой, но не спорю сейчас, потом разберемся. Наверное, была такая необходимость, из-за Сони, не иначе. Киваю приветственно, но холодно.

— Издеваешься? — спрашивает та, не удостоив меня ответа. — Это? Бред какой-то! Она не в твоем вкусе!

Игорь дергается. Хватает меня за руку и тянет к себе за талию.

— Прикуси язык! — заявляет ледяным тоном. — Ты понятия не имеешь о моих вкусах! Вика будет лучшей матерью для Сони, чем ты и твоя сумасшедшая мамаша.

Кристина, оглушенная его ответом, хватает ртом воздух.

— Софи никогда не выберет тебя и эту… эту… — под его суровым взором не решается произнести оскорбление, которое явно крутится на языке, — женщину!

— Уже выбрала. А ты лучше бы уделяла чуть больше времени собственному ребенку, чем мужику и себе любимой, а не только тратила алименты, полученные на нее.

Кристина начинает хохотать, таким мерзким смехом, издевательским, унижающим. Ненавижу ее.

— Так вот в чем дело! Деньги? Пожалел для своей дочери? Решил сэкономить на ребенке? Суд не позволит. Понимаешь?

Игорь выпячивает подбородок.

Мне уже знаком этот жест.

— Ну это мы еще посмотрим, — усмехается, стискивая меня.

— Софи не предаст меня, так и знай.

Да откуда в ней столько уверенности?"

"— Даже не смей ей угрожать! Кристина! Только попробуй! — рычит босс. Чувствую, как каменеют мышцы на его руке.

— Я люблю свою дочь. В отличие от тебя. Это не я, а ты не видел ее двенадцать лет, странно, что сейчас воспылал любовью. С чего вдруг, а?

— Потому что считал, что ей лучше с вами. Но как оказалось, это совсем не так. К сожалению.