Если работа будет более четырех часов, каждый час будет оплачиваться отдельно, пять тысяч каждый. Плюс потом мы бы хотели продолжить сотрудничество, если всех все устроит, переводить официальные письма.

— У нее расценка семь рублей за слово. Так что имейте в виду. На счет оплаты я не согласна. По определенным обстоятельствам работа не может быть в вечернее время. В девять часов она должна быть дома и превышение лимита по времени в четыре часа не должно быть превышено, — выдвигает свои условия собеседница.

— Юлия, мы согласны оплатить лучшую н…

— Нет, — прерывает она ее, — это невозможно.

Вы слишком подготовлены, как я вижу. Похоже у Виторио слишком длинный язык. Все условия озвучены. Это нужно вам, не ей, фурия на том конце не на шутку завелась. Что-то запретное, видимо, Света задела.

— Добрый вечер, Юлия. Это главный юрисконсульт «Оран-строй». Меня зовут Вадим Борисович, вмешался друг, понимая, что наш парламентер растеряна и не знает, что делать дальше.

— Очень приятно. Мы на громкой связи? — сразу догадалась барышня.

— Да, вы простите нас за беспокойство, но это вынужденная мера.

Вы нас очень выручите, если дадите поговорить непосредственно с той, с кем нам предстоит сотрудничать. К чему эти игры в испорченный телефон? — он пытается быть сдержанным и лаконичным, хотя я не уверен, что получится.

— Вадим, судя по голосу вы несильно стары и нет желания вас называть по отчеству. Уж извините за возможную бестактность.

— Ничего, все в норме.

— Так вот. Я свои условия сказала и менять их не намерена. Вы вроде деловой человек и должны понимать, что условия всегда оговариваются сначала и есть пункты, которые являются значительными в любом договоре.

Время работы в данном случае является одним из них, — безапелляционно заявила она, а у друга аж жевалки заходили. Давно с ним в таком тоне никто не разговаривал.

— В любых переговорах третьи лица только мешают. Вы вроде деловая женщина, должны понимать такие вещи, — вернул ей ее же подачу. Туше, но вот сдаваться там похоже не собираются.

— Да, знаю, и еще как раз-таки являюсь тем самым третьим лицом, которое помогает двум сторонам договориться. Риелторы в отличии от юристов не коверкают факты и всегда способны свести две стороны и выгодно заключить сделку.

При этом обе стороны встречаются лишь однажды, при подписании. Поэтому давайте оставим тему, в которой вам не одержать победы, — уверенно сказалаона, даже снисходительно, как с маленьким. Вот это страсти кипят, он ей потом обязательно ответит, я уверен, слишком явный интерес в глазах."

"— Хорошо. Тогда просто передайте вашей подруге наше предложение полностью. Пусть она сама принимает решение.