— Что? — и повернулась. — А, нет. Для меня это оказалось сложно. Вот, ждем Филиппа. Должен на новый год приехать и помочь, — чужое имя вызвало в груди жгучее чувство ревности.

— А он кто? — с рычание спрашиваю и это не остается незамеченным.

— Друг семьи, — с вызовом отвечает мне, скрещивая руки на груди.

— И все? Подкатывает к тебе? — поставив коробку на пол, наступаю на нее, а она сжимается от страха, хотя позу не меняет.

— Нет. У него вообще-то жена есть, и по возрасту в отцы годится. Все? — подобравшись, начала более уверенно давать отпор.

— Лучше, чтобы это так и оставалось в дальнейшем. Иначе он перестанет быть другом семьи, — резко сокращаю оставшееся расстояние и хватаю ее за талию и утыкаюсь лбом в лоб.

— А кто ты такой, чтобы решать это, ты…

— Мам, дядя Игорь, а будем, — на пороге появилась маленькая фигурка и застыла в нерешительности. Пришлось отпустить бунтарку и повернуться к нему.

— Потерял нас? — и кивнул на мой вопрос. — Железную дорогу будем строить? — и снова кивок. — Ну пошли тогда. Пусть мама дальше колдует тут.

И мы ушли. Даже легче немного стало, потому что стоя рядом с ней почувствовал, как начало лихорадить от желания доказать ей, что моя. Старым, добрым и давно проверенным способом. Минут через тридцать Денис ставил паровозик на рельсы и взял в руки пульт на радио управлении, только он почему-то не работал. Почти. С полочки слетела машинка. Подошел к ней и принес к нему.

— Итак, чемпион. Куда дели пульт от паровоза? От машинки найден, — жмет плечами, давая понять, что не помнит. — Ладно. Мама интересную машинку купила. Хороший выбор. Хочешь когда-нибудь съездим на выставку машин?

— Хочу. Только это не мама купила, — крутя в руках пульт, отвечает.

— А кто? — с трудом подавляю желание зарычать.

— Дядя Бернард, — от знакомого имени в глазах красная пелена появилась. Вот только в этот раз другая. Более злобная, сокрушающая.

Что этот старик себе позволяет? Получается он согласился на контракт, чтобы с ней сблизится. К ребенку ласты навострил?

— А когда он это подарил? — стараясь сдерживать грубость, говорю с мелким.

— Вчера. Они с мамой вечером в кафе ходили. И оттуда принесла мне подарок.

Ну это уже не в какие ворота не лезет.

— Поиграй сам, мне надо к маме твоей.

Потрепал его по макушке и пошел в кухню, вот только там ее не оказалось. Пришлось заглядывать в ванну, и там пусто. В итоге без стука вваливаюсь в спальню и застываю. Похорошевшая фигурка стоит в одном белье. Поправка. В безумно сексуальном белом комплекте. В первую секунду даже забыл зачем пришел. Но стоило ей повернуться, как все вспомнилось.

— Тебя стучать учили вообще? — начала шипеть на меня, словно змея, а я метнулся к ней и крепко прижал к себе.