Но требование включить планшет хавик понял и сделал, что сказали, введя код, пробежав тощим пальцем с длинным грязным ногтем по странным значкам. Валерий запомнил, куда нажимать, после чего сказал:

– Сиди тогда. Пожрать принесут.

И на этом мы из камеры вышли.

– И что с ним теперь?

– Решим. Под обмен можно оставить, если те, что у нас без вести пропали, у хавиков. А можно и израсходовать. Так нам он точно не нужен.

– А насчет расхода кто решает?

– Совет. Только так.

– Слушай, а с другими общинами сотрудничаете?

– По оборонной линии? – уточнил он и, дождавшись моего кивка, ответил: – Скорее нет, чем да.

Масштаб проблемы небольшой, сами справляются все, а расстояния уже серьезней. Ближайшая к нам Форт-Брэдли, дальше Фортуна-Хиллс, все американцы. Но они западней маршрута хавиков, даже при связи они все равно перехватывать не смогут.

– Но проблемы у них те же?

– Один в один. Ладно, ты джип забрать не забудь, раз махнул не глядя. Кстати, трофейный как?

– На ходу. Они перевернулись просто.

– Надо бы как-нибудь его нам отжать. – Валерий почесал бороду. – Пригодился бы. Но не отдаст Николаич, точно не отдаст. Ты завтра в Цитадель, так?

– Вроде бы.

– Ну вот подбирайте там коптер нормальный, тогда точно все проблемы снимем. Вот как нам его сегодня не хватало, а? Кстати, с коптера, если внизу какой транспорт видишь, можно и связь запросить на общем канале. Если эти на своем халя-маля ответят, то уже подозрительно, надо пасти. Ладно, не буду задерживать, готовься иди.

Готовиться было несложно, вся подготовка бухгалтерская. Перекинули суточные из расчета шестнадцать койнов в день на десять дней вперед, на меня и Настю заодно, потом сразу отдали разницу за машины.

Я даже подумал тут же за скутером пойти, но решил не торопиться, все равно уезжаем, а потом черт знает, что дальше решим. Поэтому просто узнал, когда выезд, и покатил домой.

Дома уже не цапались, я еще во дворе повозился, а Настя успокоилась, даже ужин приготовила с бутылкой сухого вина. Вино, кстати, опять же приятное. То есть тут и виноград растет где-то. Ели на террасе, включив какую-то электронную штуку от комаров. И вдруг поймал себя на ощущении того, что я все же дома. Не в своем доме, в смысле в пределах собственности, а именно дома, вообще.

Из которого мне уже не придется уезжать, и я так и останусь здесь навсегда, сколько там мне еще лет отмерено. И будут у нас вот такие ужины с вином и цикадами где-то в кустах, и будет светить луна, а над головой гореть фонарь, и будут слышны соседи, разговаривающие и смеющиеся у себя во дворе. Возможно, сам смысл всей жизни и заключается в том, чтобы рано или поздно достигнуть дома, своего места, со своим человеком, и осознать, что кроме этого тебе особо и не нужно уже ничего. И тебе не хочется отсюда никуда.