Сколько ты уже не видел Наташу? Почти месяц? Вот тебя и тянет за новой дозой, ты же поэтому так настаивал на субботней встрече, первый месяц лета он захотел проводить, бля*ь, да ты ее хотел встретить, ЕЕ!

— Смею тебя расстроить, друг мой, мы виделись две недели назад, но уйми свой пыл, встреча была случайной и как всегда носила платонический характер. И да, я хотел ее увидеть сегодня и буду рад это сделать завтра, и послезавтра, и через неделю. Мне нравится Наташа и я этого не скрывал, но я никогда не представлял ее на месте своей женщины. Это другое, хотя вряд ли ты поймешь. Тебя гложут события прошлого? Так не волнуйся, она не Марина и история не повторится, они разного поля ягоды, это Марина могла перейти из рук в руки, только ручкой помани, а Наташа нет. Так что пусть твое эго утихомирится, поссорься вы в очередной раз, в моих руках она не окажется, да и в других тоже. Я не рассматриваю Наташу как женщину, у меня есть своя. Почему ты не видишь дальше собственного носа?

— Может, потому что я тебе не верю? — вновь наливаю очередную порцию. Спрашивается зачем, если в крови и так гуляет приличная доза алкоголя? — Зачем вы тогда встречались? Просто скажи зачем?

— Она хотела услышать от меня, как ты отреагируешь на то, что это ее отец отжал часть нашего бизнеса и стоит ли тебе вообще об этом говорить. Кстати, в аварии виновата была тогда она, слишком дерганной была в тот день. Тебе полегчало, Островский? — выпиваю очередную рюмку и начинаю громко смеяться.

— Ты не поверишь — полегчало, — не могу успокоиться, смех продолжается сам собой. — Сказал бы раньше, я бы перестал мечтать прибить тебя. Спасибо, Олег. Вот правда, как от сердца отлегло. Теперь можно со спокойной душой отчаливать на моря. Я, пожалуй, поеду домой.

— Может сначала протрезвеешь?

— Нет. У меня дома есть собственный вытрезвитель, — встаю из-за стола, кидая деньги на стол, и иду на улицу. Ловлю первую попавшуюся машину и еду домой. С ума сойти, кто бы мог подумать, что меня так обрадует в общем-то совсем невеселая речь Самарского? Наверное, я старею.

Выхожу из такси и поднимаюсь в квартиру. Света нет, значит Наташа уже спит, хотя неудивительно, первый час уже. Скидываю обувь и прохожу в квартиру, как можно тише.

— Почему ты не позвонил? — включая ночник, обиженно произносит Наташа.

— Потому что я чуточку загулял, — подхожу к дивану и плюхаюсь рядом с Наташей. — Моя любимая сорочка, ммм. Чего ты так на меня смотришь? Я ж без баб гулял, только я и Олег.

— Пойдем спать.

— Нет, стой, — опускаю Наташу на спину и нависаю над ней. — Я тебе говорил, что люблю эту сорочку?

— Да, только что.

— Прости, забыл, — поднимаю сорочку вверх, оголяя живот. Провожу по коже и целую туда, где есть едва заметная точка от шрама. — Я люблю тебя.