Туалет, не иначе…

В трактир вела толстая потрескавшаяся дверь, а над ней висела деревянная вывеска с красными буквами «Пьяная фея»…

-------------------------------

*Крубинс – блюдо сытное и калорийное, но очень популярное в Ирландии. Специально приготовленные свиные ножки подают с содовым хлебом к пиву. Их жарят, обваляв в сухарях или нафаршировав хлебными крошками.

Глава 11.

- Прошу в мою таверну, милочки, - госпожа Розмари явно гордилась «Пьяной феей». – Надеюсь, на какое-то время она станет вашим домом.

Старушка толкнула дверь, и мы шагнули в полутемное помещение, в котором пахло какими-то незнакомыми мне специями, дымом и кофе. Здесь есть кофе??? Я представила, как пью ароматный напиток и зажмурилась от предвкушения.

Главный зал был достаточно вместительным, в нем стояло около десяти квадратных столов, большой очаг, сложенный из крупных камней, четыре массивных кресла возле него и старое, обшарпанное нечто, похожее на диван, раскорячившееся на толстых, безобразных ножках. В таверне была даже барная стойка, на которой стоял ряд глиняных и деревянных кружек. Глядя на их размер, я подумала, что название сего заведения было выбрано, видимо, не зря. Разве можно было остаться трезвым, столько выпив?

За барной стойкой я заметила небольшую, но широкую дверь и догадалась, что она ведет на кухню. Оттуда слышался грохот посуды и громкое пение – кому-то явно было весело. На второй этаж убегала винтовая лестница, освещенная странными плашками, висящими на стенах. От них каким-то непонятным образом исходил зеленоватый свет, и я решила, что обязательно рассмотрю поближе это чудо.

- Кетти поет… - проворчала госпожа Розмари и указала нам дверь. – Несите корзины на кухню.

Мы направились за ней и вскоре оказались в кухне, от вида которой у меня засосало под ложечкой, а в душе начал закипать гнев.

Единственное окно было забрызгано жиром и покрыто копотью, к тому же его, видимо, никогда не открывали, о чем говорил довольно неприятный запах, царивший в комнате. Источником света являлся очаг и несколько уже виденных мною плашек, небрежно брошенных на потемневший от времени деревянный стол. На длинных полках, занимающих всю противоположную стену, между чистой посудой стояли закопченные котелки и грязные горшки, в одном из которых я заметила мышиную мордочку. Каменный пол никто не подметал очень давно, а по углам валялись вялая свекла и высохшая репа. В больших корзинах гнили остальные овощи, и не удержавшись, я воскликнула:

- Как можно готовить в такой грязи?!

Дравшая из гуся перья, полная женщина удивленно подняла голову и зыркнула на нас недовольным взглядом.

- Розмари, кого ты притащила, и почему они умничают на моей кухне?!

- Помолчи, Кетти! – осадила ее хозяйка таверны.