Он подтолкнул меня к дверям, а сам подошел к охране и, что-то сказав, указал в сторону леса. Через минуту они углубились в чащу. А я поняла, что Леон приказал им прочесать окрестности.

- Кого ты видел? – спросила я, когда он вернулся ко мне, но муж улыбнулся и, убрав с моего лифа сухую травинку, сказал:

- Возможно, это был какой-то бродяга. Не волнуйся, дорогая. Я напугал тебя?

- Немного, - я видела, что он говорит это специально, чтобы успокоить меня.

- С этими проклятыми бесцветными, я везде вижу опасность, - Леон склонился к моему уху и шепнул: - А супруга - моя самая главная ценность, и я просто обязан хранить ее как зеницу ока.

Мы присоединились к остальным, но у меня на душе остался неприятный осадок. Неужели кто-то действительно следил за нами? Охрана вернулась через полчаса, и герцог о чем-то долго разговаривал с ними.

Когда мы возвращались домой, я обратила внимание, что Сторн Линд выглядит задумчивым и отрешенным. Он не участвовал в разговорах и смотрел в окно, но было похоже, что он смотрит вглубь себя, будто решая какую-то одному ему известную задачу.

Пока мы были в таверне, я несколько раз замечала, что Сторн бросает долгие взгляды на Летицию, и у меня сложилось впечатление, что она понравилась ему. Но даже если это и так, разве возможен их союз? Она из простой семьи, да еще беглая служительница Эрины, а Сторн Линд все-таки принадлежал к дворянству. Стоит правде всплыть наружу, девушке придется туго, и только наша с Леоном поддержка сможет помочь ей. Но ведь еще нужно поговорить с мужем, рассказать ему все! Господи, сколько тайн и недомолвок!

Но самое интересное нас ждало впереди. Герцог, как и обещал, занялся комнатой с идолом Гиргопа и, конечно же, я не могла не поучаствовать в этом. Пока слуги выносили оттуда все предметы культа и бросали в огонь, разведенный за стенами замка в огромной яме, мы с интересом разглядывали постепенно пустеющее помещение.

- Здесь даже находиться неприятно… - проворчал Леон, с отвращением глядя на поверженного бога проклятых. – Удивляюсь, что могло подвигнуть женщину заниматься такой гадостью?

- Кто знает… Может, у него просят то, что не смогли дать другие боги? – ответила я и подошла к тому месту, где стоял идол. – Посмотри, что это?

Под сдвинутым постаментом виднелось нечто похожее на дверцу.

Герцог подошел ближе и, приложив усилия, сдвинул постамент в сторону. Под ним действительно была дверца с медным кольцом-ручкой.

- Твой замок просто пронизан этими кротовыми норами! – воскликнула я.

Вздохнув, Леон проворчал:

- Именно так. Эти, как ты говоришь, норы, остались от моего жестокого предка, который был помешан на тайных ходах. Интересно, куда он ведет?

Герцог дернул дверцу, и она легко поддалась, словно ею частенько пользовались и следили за смазкой на петлях.