Это так волнительно…

- А лучше скорей бы все это закончилось, - вздохнула я, всей душой желая, чтобы для нашей семьи наконец настали счастливые времена. – Все темное и мерзкое должно уйти вместе с теми людьми, которые поклоняются ему.

- Я уверен, что стоит нам узнать, кто сообщница Кэро, ниточка потянется дальше, и мы узнаем очень много интересного, - маркиз держал супругу за руку, но в этом простом жесте были все прекрасные чувства, которые он к ней испытывал. – Я даже боюсь представить, какой будет реакция Леона, когда он узнает подробности.

- Поэтому я переживаю об Элле. Герцог может не простить ей этого, даже несмотря на то, что она раскаялась, - сказала Мисси и обратилась к мужу: - Дорогой, прошу тебя, поговори с ним.

- Мы с Ардалом сделаем все, что в наших силах, - пообещал маркиз. – Думаю, герцогиня тоже похлопочет об Элле.

- Мисси, я постараюсь убедить Леона, что Элла действительно раскаялась, и не стоит ее наказывать, - мне еще хотелось сказать, что девушке нужно дать возможность быть счастливой, но передумала. Это я скажу лично мужу.

Но стоило нам переступить порог замка, как подтвердились дурные предчувствия Мисси. Оказалось, что Элле действительно плохо.

Нас встретила Гортензия с красными от слез глазами и не дала дочери и Уидри подняться наверх.

- Вам нужно уехать. Ваши вещи уже собраны. Я боюсь, что это лихорадка и мне бы не хотелось, чтобы заболел ребенок.

- Ее уже осмотрел врач? – поинтересовался маркиз, и свекровь покачала головой.

- Он еще не прибыл, но лучше соблюсти все предосторожности. Ее так рвет, бедняжку… О, боги, за что все это?!

Что?! Рвет?! Но мы ведь заменили яд в кулоне Кэро! Она не могла отравить Эллу! Если только не воспользовалась каким-то другим ядом…

Я посмотрела на Мисси и увидела, как она побледнела. Похоже, она думала о том же, что и я, и теперь переживала о своем здоровье.

- Мне нужно взглянуть на нее! – я помчалась вверх по лестнице, не обращая внимания на крики Гортензии. Неужели ягоды, которыми отравили Лаванду?

Ворвавшись в комнату девушки, я даже немного струхнула. Она была почти желтой, с темными кругами под глазами и действительно выглядела больной. Элла посмотрела на меня и вдруг застонав, исторгла содержимое желудка в таз, стоящий у кровати.

- Ридганда, совсем плохо деточке… Ох, что ж за напасть такая… - чуть не плача произнесла пожилая служанка, вытирая ей лицо мокрой тряпкой. – Мучается-то как…

- Вынеси таз и принеси чистой воды, - попросила я. – Я побуду с ней.

Если это отравление, то нужно было провести те же очистительные процедуры, что и с Лавандой. Только вот прошло достаточно много времени и это могло не сработать.

Служанка забрала таз и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

- Элла, когда это началось? – я присела рядом с ней и взяла ее прохладную руку в свою.