Но о чём мы вообще могли с ним говорить?

Мне оставалось только надеяться, что этот мужчина не из тех мачо, которые обманом заставляют девушек влюбиться в себя, а после используют их в различных манипуляциях с деньгами. Пока жила в Питере, не раз сталкивалась с людьми, попавшими в беду из-за таких случаев. А здесь… Вроде город и меньше, нравы более дикие, однако, время-то не стояло на месте, поэтому всякая зараза могла дойти и сюда.

На удивление, когда я вышла из тихой захудалой конторки, куда стыдно было даже заходить под пристальным взглядом Андрея, он всё ещё ждал меня в машине.

– Привет, – вновь он поприветствовал меня, словно видел впервые за сегодня, когда я села на пассажирское место.

– Привет, – теперь уже сдалась и я под пристальным взглядом голубых глаз, перейдя на ты. – Устал ждать?

– Совсем немного, – фыркнул он, заводя двигатель.

– Будет уроком. Я тоже устала, – съязвила, припоминая сегодняшнюю ситуацию с рестораном.

Живот тут же напомнил о том, что был целый день не кормлен.

– Тебя домой? – прерывает мои внутренние терзания на тему тягот своей жизни брюнет.

– Да, – только и отвечаю коротко, растеряв всё веселье.

– Тогда, поехали.

Всю дорогу мы молчали. Мужчина уверенно держал руль, постукивая по рулю в такт, кажется, своим мыслям? Просто в машине не играли ни музыки, ни даже радио.

Я сама не заметила, как начала рассматривать его аккуратные длинные пальцы, что завораживали своими движениями. Но единственное, что было важным для меня — отсутствие брачного кольца и хоть какого-либо намёка на него. Почему-то мысль о том, что у него могла быть жена, неприятно кольнула внутри.

– Скажи правду, почему ты решил встретиться сегодня? – решилась задать волнующий меня вопрос.

– М-м-м? – словно отвлекаясь от своих мыслей, вопросил Андрей. – Не знаю. Ты показалась мне вчера очень опечаленной и… Одинокой. У тебя же явно что-то произошло в жизни, и сейчас ты не знаешь, как быть дальше.

– Неужели, я выгляжу настолько жалкой? – горько усмехнулась, понимая, что этого мужчину зацепила не я, а всего лишь моя боль.

– Ты выглядишь так, словно тебя принесли пегасы с горы Олимп, как самый священный символ красоты, какой у них только был.

– Большего бреда я в жизни не слышала, – рассмеялась в ответ."

"– Я серьёзно. Один французский поэт однажды заявил, что радость — это один из самых вульгарных нарядов красоты, в то время как меланхолия — её лучший спутник. Мне кажется, в твоём случае печаль делает тебя только прекраснее…

– Да ты тот ещё романтик, конечно.

– Заливаться соловьём — это моя работа. Иначе бы как бы я сдавал квартиры в столь короткий срок? – шутливо отозвался он в ответ. – Кстати, мы уже приехали.

В салоне повисло молчание.