Владыко пытливо заглянул мне в лицо. Да, он был довольно симпатичным, но, боже, сколько же в его темных глазах было презрения! Наверное, он принял меня за сумасшедшую! Да я бы и сама себя приняла за сумасшедшую, будь на его месте.

…и почему от него так вкусно пахнет одеколоном, в котором есть смородиновые нотки?..

— Как интересно вы обознались, — сказал Олег. И я снова поймала себя на мысли, что его глубокий бархатный голос мне очень нравится. В фильмах такой притягательный, с вкрадчивыми нотками голос обычно у хитроумных злодеев. — Первый раз вы спросили у меня, где библиотека и звали на кофе. Во второй пришли ко мне на зачет, соврали, что вы — моя девушка и исковеркали мою фамилию. Неужели будет еще и третий? — Словно понял Олег, что стал моей жертвой.

— Будет, — решительно сказала я, собирая в кулак всю свою силу воли.

— Сомневаюсь, — отрезал Владыко. — Видите себя адекватно, девушка. И больше не ползайте под елками. Смотрелось невероятно глупо.

С этими словами он закрыл дверь прямо перед моим носом.

Ах ты черт глазастый, видел меня в субботу! Немудрено, что после этого не захотел со мной разговаривать. Какая же глупая ситуация — никогда в таких не была. Видимо, пришло время…

От смеси смущения и злости у меня разгорелось лицо, к которому хлынула кровь. И сердце застучало так, будто я долго прыгала на скакалке. Но отступать я не собиралась. Не удастся покорить — заключу с ним сделку. В конце концов, неудач нет только у тех, кто ничего не делает.

Глава 11

Развернувшись так, что взметнулись волосы, я пошла прочь, на ходу звоня Петечке.

— Танюша, — обрадовался он, несмотря на то, что я его разбудила. — Ты все-таки хочешь пойти со мной в кино?

— Я хочу пойти с тобой на мост, — рассерженно выдохнула я. — Теперь если умирать — то вдвоем. Ты и я.

— Что случилось?! — испугался Петя.

— Какого лысого попугая ты не сказал мне, что Владыко — преподаватель, а не студент?! — спросила я, пылая праведным гневом.

— Что?.. Я думал, ты знаешь, — растерялся Петя.

— Откуда я могла это знать, глупая твоя капустная голова? — рассерженно выдохнула я. — Ты мне что написал? Название факультета и аудиторию.

— Ну, он там преподает, а в аудитории у него то ли занятие, то ли зачет, — промямлил Петечка.

— Такое чувство, милый, что твой ай кью близится к уровню табуретки, фыркнула я, остановившись у большого окна, из которого открывался вид на мой собственный корпус. — Я же русским языком сказала — без понятия, кто мне машину поцарапал.

— По возрасту же понятно, что он не студент, — пытался оправдаться парень.

— Я думала, он заочник!

— Но…

— Молчи, лучше молчи, — предупредила я. — Из-за тебя у меня теперь куча проблем.

На самом деле проблемы у меня были из-за собственной глупости — что-что, а ошибки я признавать умела.