Ты ведь понимаешь, что после твоих слов и после выступления твоего парня Алиева у студентов сложиться впечатление, будто опросы — наказание, а не обычная форма взаимодействия студентов и преподавателей. «Вы решили устроить опрос из-за моего поведения на лекции», — повторил он дословно мои слова. — Знаешь, это было чересчур. «Накажите меня, а не других». Ты вообще понимала, что делала? С чего ты решила, что я буду делать все так, как ты захочешь? Хорошо, мы играем в подставных парня и девушку. Но это не значит, что во время занятий мы перестаем быть преподавателем и студенткой.

Или ты решила, что я буду по-особенному к тебе относится? Нет, Таня. Я отношусь к тебе так же, как и к любому другому студенту."

"Наверное, Олег говорил бы еще долго, однако я прервала его — при этом молча, не проронив ни звука. Я заплакала. Из моих глаз покатились слезы, а губы задрожали. Я тотчас прикусила одну из них и склонила голову вниз, так, чтобы волосы закрыли лицо. Плакать красиво я умела — когда-то даже специально тренировалась перед зеркалом. Слезы появлялись на моем лице легко и просто. Минус был только один — потом я не могла остановиться.

— Ты же не плачешь? — ошарашенно спросил Олег, и я нервно помотала головой из стороны в сторону, а после приглушенно всхлипнула, чтобы он точно понял — я плачу. Горько. Из-за него.

Он понял. И вдруг обнял меня — так крепко, что я не смогла освободиться. Да и не хотела этого делать — его объятия были такими теплыми и какими-то родными, что я почти перестала злиться. Только плакала, и слезу попадали на его пальто.

— Я не хотел тебя обидеть, — тихо сказал Олег, гладя меня по спине. Кажется, он не совсем понимал, как себя вести, а я, уткнувшись лицо ему в грудь, злорадствовало.

Оказывается, слезы — мощное оружие даже против таких умных и расчётливых мужчин, как он. Неожиданно, правда? Теперь мучайся от стыда, мой милый. Довел бедную Танечку до слез. Танечка плачет, Танечка страдает, Танечка не знает, что ей делать и как жить. А все ты виноват. Разумеется, вслух я этого не говорила, но плакать не прекращала. Мои плечи вздрагивали, слезы стекали по щекам на шею и попадали под шарф, а Олег, который явно имел не слишком большой опыт общения плачущими женщинами, неловко меня успокаивал.

— Таня, перестань. Ничего страшного не случилось, — негромко и растерянно сказал он.

— Ты меня ненавидишь, — всхлипнула я. Как мне показалось — очень искренне.

— Что за бред? — Олег отстранился от меня и, взяв мое лицо в ладони, заглянул в глаза. — С чего ты это решила?

— Специально издевался надо мной, — трагическим тоном прошептала я. Он коротко выдохнул. А я, положив свои ладони поверх его,

— Зачем ты так со мной поступаешь?.. — спросила я, понимая, что главное — не перегнуть.