Уперся взглядом в фотку, где она бредет по аллейке в обнимку с бывшим женишком, а чуть впереди на велике мчится Алексей. Улыбается во весь рот. Кирсанов точно знал, что последует дальше. Колесо велосипеда наткнется на неровную плитку, и малыш упадет. Заплачет. Александра возьмет его на руки и примется утешать, целуя в висок и что-то приговаривая. А он сам, генерал Кирсанов, стоя неподалеку в тени, впервые посмотрит на опекуншу сына новыми глазами. И силой воли удержит себя, чтобы не подскочить к хлопотавшему рядом Валере Мухину и не отбросить его через корпус в сторону.

«А заодно и Тему», — мысленно пророкотал он и понял, что, пока не помирится с Саней, не успокоится. Ни есть, ни спать не сможет!

«Терпения мне, конечно, не занимать, но я и с катушек слететь могу. Быстрее шевели извилинами, дорогая!» — рыкнул Кирсанов про себя. И въезжая во двор, по привычке уставился на свои окна. На Ларкиной половине свет не горел, зато окно рядом с джакузи сверкало иллюминацией.

Кирсанову сразу привиделась Александра. Томная и раскрасневшаяся. Голова покоится на бортике. Рядом бокал с шампанским. А напротив…

«Твою налево», — сжав кулаки, просипел мысленно Кирсанов.

Умом он понимал, что Александра человек благородный и в его дом никаких хахалей привести не посмеет. Но воображение уже рисовало рядом с ней в джакузи то бывшего жениха, то Тему в кашемировом пальто.

«Да успокойся ты», — приструнил себя Кирсанов, поднимаясь в лифте. Вдохнул, выдохнул три раза по тибетской методике, но войдя в квартиру, швырнул в кресло куртку и опрометью понесся по внутренней лестнице в фитнес-зону.

Глава 16

Как только генерал Кирсанов отбыл по ужасно срочным делам, а по большому счету просто сбежал, Александра заметалась по дому.

Но заламывать пальцы, подобно кисейной барышне, не стала. Села в холле на неудобный диван и попыталась разобраться в своих чувствах.

«Хочешь ты того или нет, краса ненаглядная, но втюрилась ты в героя державы. Млеешь от его прикосновений и обижаешься, как дурочка, на любое замечание. А у него выгода одна, Лешика к рукам прибрать. А привыкнет ребенок, что тогда делать будешь? Себя еще можно в бараний рог скрутить, отрешиться на фиг от всяких чувств. А вот с ребенком сложнее… — сжала кулачки Александра и сама себе возразила: — Втюрилась, и что такого? Мужик-то классный! Про его ответные чувства пока судить рано.

Но ухаживает красиво. И так забавно ревнует. Вон из-за Темы Тихомирова рассердился. Из дома сбежал куда глаза глядят. Наверное, нравлюсь я ему. Да и целуется он классно! Может это и есть любовь?»

— А что, идея! — вскинулась она и понеслась в спальню за ноутбуком. Открыла инстаграм и быстро напечатала:

— А давайте, мои дорогие, поговорим сегодня о любви.