– С ускорением!

Они бежали, полагаясь на Безуглова, костерили медлительного пленника. Безуглов не подвел, прозвучал резкий окрик: «Ложись!»

Все повалились в траву, включая самого Безуглова. Через несколько секунд по тропе пробежали пятеро солдат с унтер-офицером. Когда затих хруст сучьев, оперативники дружно поднялись, перебежали тропу и снова влетели в чащу…

Машинально они подмечали, как подрастают скалы. Слева образовалась целая гряда. Значит, еще немного…"

"Немцы не знают, кто они и куда пошли. Мелькнула мысль: «Есть ли смысл пороть горячку?» Кольцов отдал приказ идти пешком, отдышаться.

Задыхался немец, слабел – теперь старались не прикладывать к нему физическую силу. Ногам возвращалась упругость, зрение становилось острее.

Берег реки пропал за деревьями – уже неважно. Скалы уплотнялись, растительность становилась реже. Ландшафт гулял волнами. За деревьями уже маячили монолитные скалы – тот самый «Рубикон». Срочно требовалось найти проход – они не могли долго плутать тут.

Дорогу пересекла тропа – уже хорошо. Они подкрались к ней на корточках. Тропа была вытоптана. До скал – семьдесят метров.

Значит, неподалеку пост. Краткий инструктаж: Безуглов – вперед, Кольцов и Караган – за ним, Цветкову – опекать пленного…

Лейтенант Безуглов вышел из леса в надвинутой на глаза каске, уверенно зашагал к скалам. Здесь действительно был пост! Тропа уходила в скальный массив, огибала серые глыбы.

Из ниши под скалами вылезли два солдата, вопросительно уставились на Безуглова. На макушке скалы показался еще один – с пулеметом. «Маловато будет», – размышлял Кольцов, давя животом траву на опушке. Впрочем, здесь, внутри, больше и не требуется, а вот на выходе наверняка будут еще…

Ефрейтор со снулой физиономией поднял руку: стой! Безуглов вскинул автомат, дал очередь.

Двое схватились за животы. Пулеметчик на верхотуре не успел среагировать – он был уже на прицеле. Павел плавно нажал спусковой крючок «Судаева», пролаяла короткая очередь. Немец падал красиво – картинно взмахнул руками, сделал кувырок, потом другой, точно так же следом за ним полетел бесхозный пулемет.

Безуглов кинулся вперед, исчез за скалами. Поднялись остальные, пробежали мимо тел, одно из которых еще подавало признаки жизни.

Павел обернулся. Коля Цветков старался, как мог – такое впечатление, словно гнал строптивого быка…

Мелькали острозубые скалы, бесформенные нагромождения, зелень сдавленных камнем кустов. Дышал, как паровоз, Караган, наступал на пятки. Время перестало существовать, подкашивались ноги. В глазах становилось темно, пропадала резкость. Бойцы спотыкались, разбивали колени.

– Леонид, помоги Цветкову, он же дуба сейчас даст… – прохрипел Павел и побежал вперед.