Вернее с ней. Она умеет делать хорошо. Отменная дамочка. Отличные губы.

Ваня разглядывает зеркальные потолки, вдыхает прокуренный запах. Здесь пахнет далеко не мясом с помидорками. Многие курят травку, забавляются с таблетками и прочей дрянью. Чем элитней клуб, тем интересней шалости богатых клоунов. Обычная жизнь им не в кайф. Собственно, я ничем не отличаюсь. Разве что удовольствие предпочитаю получать на ринге или в койке. Игла – не мое. Зависимость – всегда плохо. Даже с девушками.

Мы заходим в темный зал, музыка бьет по вискам, девки виляют голыми задницами на сцене, и нет, это не танцовщицы.

– Крутое место, – поражается мелкий.

– Обычное, – пожимает плечами Ярик, присматривая высокую брюнетку у барной стойки. Она пьет из трубочки водку с соком, делая вид, что напиток безумно вкусный.

– Отстойное место, – усмехаюсь. Официант приносит на подносе выпивку, выставляет стаканы и с улыбкой удаляется. Им нельзя быть хмурыми, им за это платят бабки. Жаль. Мне больше нравятся хмурые официанты. Они похожи на людей, а не на роботов.

– Если отстойное, зачем ты меня сюда притащил? – спрашивает малой. Берет нагло стакан с виски и льдом, крутит его в руках, затем решается сделать глоток. Морщится, но продолжает хлебать. Взрослым себя хочет почувствовать.

– У тебя хоть девки были? – задаю в лоб очевидный вопрос. Глаза его расширяются, явно не от градуса и жары. Начинает кашлять, типа поперхнулся.

– На втором этаже есть вип-комната, – отвечает за меня Яр. Он уже готов идти в бой, потирая в кармане пакетик с презиком.

– Пошли, малой. Будем лишать тебя невинности.

"– Ты спятил? Я… Да я очень даже! У меня уже знаешь сколько… – задыхается от смущения этот дурачок. Перевожу взгляд на него и замечаю схожие черты с сестрой. У них одинаковая форма лица, глаз. И уверенность в исключительной правильности – явно семейное. В штанах становится тесно от одной мысли о Снежинке.

Хочу ее.

Твою мать.

Бесит это дебильное желание. Надо кого-то тра*нуть, выпустить пар. Какого черта я зациклился на этом «хочу». Она была девственницей, она ничего не может дать мне. Она не умеет ублажать как многие, как любая в этом клубе.

– Пошли! – хватаю за шкирку Ваню и тащу за собой в сторону барной стойки. Он едва поспевает волочить ноги, возмущается, пытается храбриться. Однако стоит нам остановиться рядом с двумя обаятельными брюнетками, замолкает. Сглатывает, расправляет плечи. Разрез на платье одной из них сделал свое дело.

– Знакомьтесь, дамы, – говорю с улыбкой. Обманчивой. – Это Ваня. Его бросила девушка, и он разочаровался в жизни, хотел сигануть с крыши, но увидел вас и передумал.

– Слышишь! – шипит мелкий. Пинает в бок локтем, хмурится.