Руки затряслись. Я прикусила губу, внутренность щеки, стараясь не разреветься.

Ему наверняка больно. Из-за меня. Из-за глупого Ваньки.

Однако Никита вел себя… примерно так же, как и в наши предыдущие встречи. Казалось, ему плевать на раны и ссадины, зато интересовало кое-что другое, вернее кое-кто. В этом пустом взгляде так и читалось то самое предложение, которое он ранее мне успел озвучить. Господи! Из-за одной постыдной ночи я превратилась в доступную игрушку что ли? Теперь можно постоянно мне этим тыкать…"

"С одной стороны я была безумно благодарно за помощь, и конечно, планировала вернуть деньги. С другой, поведение Новикова раздражало. Он вел себя как обаятельный придурок. К нему притягивало магнитом и отталкивало, подобно удару током.

Противоречивые чувства.

В итоге я вышла, вернее, выбежала за дверь. Сердце ходило в груди, прыгало, словно готовилось выскочить. А потом Костей предложил выйти на улицу к Ване. Смысла продолжать находиться в этом убитом здании больше нет, так что недолго думая, согласилась.

Мой глупый брат сидел на ступеньках, потирая ладошки от холода. Изо рта выходили клубы пара, но он продолжал прибывать в неподвижном состоянии. С этой стороны не было ни людей, ни звуков. Как оказалось, у ветхого строения два выхода и мы находились у задней части.

– Уля! – воскликнул Ванька, видимо расслышав шаги. Подскочил, но тут же перевел взгляд на Костея. Тут потоптался пару секунд, а затем, кинув сухое «всего доброго», скрылся за железными дверями, оставляя нас вдвоем.

– Уля, – произнес снова брат, сделал шаг, но я попятилась.

– Как ты мог? – произнесла, еле сдерживаясь, чтобы не надавать ему пощечин. В груди распирало от негодования и злости.

– Я… я не думал…

– А о чем ты думал? О чем, скажи? Там люди, Ваня! – прошипела я ледяным тоном.

– Знаю, но… – мямлил он.

– Знаешь? Ты ставил на людские жизни! Ты вообще в своем уме? Там кто-то умирает, а ты на их смерти пытался заработать!

– Не один я, – воспротивился брат. И тут я не выдержала, ударила его по лицу. Ванька вскипел, ошарашенно глянул в мою сторону. Губы его свелись в тугую нить, а по скулам забегали желваки.

– Не смей, слышишь? – прошептала. – Не смей вести себя так, как те уроды, которые играют чужими жизнями ради денег или развлечения. Ты не такой! Мой брат не такой!

Ваня коснулся ладошкой щеки, которую я ударила.

– Твой брат пытается выкарабкаться из дерьма…

– Ваня! – вскипела я.

– Неплохой способ выбраться из дерьма, малой, – послышалось неожиданно за спиной. Я резко оглянулась и замерла при виде Новикова. Он прикрыл за собой дверь, сжимая в руках спортивную сумку. Одетый. Спортивки, толстовка и расстёгнутая парка. Волосы торчат в разные стороны, и абсолютно пустой взгляд.