Отрываюсь от ее губ, упираюсь поудобнее в диван, ладонь кладу на беззащитное горло, сжимаю слегка и включаю такой темп, что она трясется от оргазма уже через минуту. А затем сразу — второй! Сжимает меня настолько сильно и круто, что еле-еле за ней не отправляюсь. Но держусь. Мне слишком кайфово сейчас в ней, слишком нравится то, что происходит. Не хочу быстро. Долго хочу. Жестко, жестоко, грязно, грубо. По-животному. Тупо включить зверя и брать ее, как самку, наказывать за язык острый, за мысли дерзкие, за саму, залетевшую в ее глупую голову, мысль о том, что она что-то там планирует без меня.

Потому что нет! Не планирует! Не может! Не хочет! Не будет!

Не будет такого никогда."

"И я каждым жестоким рывком в послушное мне, подчиняющееся мне, содрогающееся от мульти оргазма тело, утверждаю это. Мне надо ей дать понять не только силой, но и вообще всем своим существом, что я — самое главное, самое основное, самое лучшее для нее! Чтоб она в этом утвердилась и не рыпалась!

У меня не получается сделать это словами.

Я утверждаю другим.

И неплохо с этим справляюсь.

Татку трясет, глаза подёрнуты кайфом, рот раскрыт, она распахнута для меня максимально, она — вся моя.

Навсегда.

Никаких других. Ничего другого.

Она не знала, на что шла, когда начала играть со мной в это все.

Не предполагала.

А теперь поздно уже.

Теперь — только мои правила.

Теперь — только моя игра.

И никак иначе.

Я кончаю в нее, специально.

Потому что хочу.

Потому что — моя.

Когда тебя имеет работа.

Для того, чтоб приучить женщину к себе, обычно хватает нескольких ночей. Каждый мужик знает, покажешь класс в постели, покажешь, что щедрый, а, самое главное, сделаешь вид, что слушаешь и слышишь… Ну, собственно, этого достаточно.

Мне не приходилось такое делать, но это только потому, что я особо не стремился никого к себе приучать.

Бабы сами приучались, практически без моего участия.

Но Татка, естественно, совершенно другое дело.

Здесь надо бы примерно недели на две закрыться с ней в доме и заниматься только ею. То есть трахать, кормить, ублажать, слушать, опять трахать, кормить, ублажать, слушать…

У меня нет этих двух недель.

Сука, у меня даже суток нет!

Если я, конечно, хочу, чтоб бизнес держался.

Не вовремя меня срубило этой дикой болезнью по имени «Татка».

Как раз в момент передела сфер влияния в городе.

Старый мэр, Вячеслав Максимович Верхов, с которым у нас полная любовь и моя посильная спонсорская помощь(тут надо сказать, не только моя, но и других предпринимателей, желающих жить хорошо и бизнес нормально строить), уже досиживает последние дни на своем месте. Потом ему очень серьезно прочат губернатора. Это, конечно, хорошо, но вот на его место сразу два претендента.