И как будто стонал… Я не знаю.

— Блять! — рявкнул он гневно, но я точно знала, что его недовольство не было направленно на меня. — У кого есть твой номер?!

— У Ульяны, у Тани, как у старосты, да и каждого из нашей группы. И, наверное, все.

— Ты сейчас одна?

— Да, — я прикусила губу, чтобы не дать всхлипу вырваться наружу. — Я заперлась и сижу вот.

— Ты в порядке?

Я закрыла глаза и глубоко вздохнула.

— Д-да.

— Ксюша.

— Правда, я в порядке.

— Блять, Ксюша, — рявкнул он в трубку.

— Мне страшно. Я так испугалась, — призналась я, реагируя на его гнев. — Но это пройдет, я успокоюсь.

Последовала долгая пауза, во время которой я не находила себе места, ощущая сильную дрожь во всем теле. А потом Леша все-таки сказал:

— Ладно. Ложись спать.

Затем он повесил трубку, прежде чем я успела что-то сказать. Мои губы задрожали, когда я убрала телефон обратно на тумбу и свернулась калачиком, обняв свои колени и прижав их к груди. Меня захлестнул страх, разочарование и боль.

Я тут же разрыдалась."

"7.3. Серьезное осознание

POV Леша

Я застыл от гнева, борясь с собственным самообладанием. После начал гневно расхаживать по комнате. Но все никак не мог выбросить из головы слова Ксюши и дрожь в ее голосе.

Я закрыл глаза, чувствуя себя встревоженным.

А все из-за того что я испугался за нее, почувствовав ее страх на своей шкуре. Ее слова вклинились в мой мозг, терзая его, и я больше не мог контролировать свой гнев.

— Блять! — я швырнул телефон через всю комнату, увидев парочку, целующуюся на диване Черепа, и заставив их выбежать вон. — Тупой ублюдок!

— Ты чего? — спросил Влад, появляясь рядом со мной.

Даня тоже пришел на мой крик.

— Лех, в чем дело?

— У него есть ее номер! — мой голос был низким и напряженным от гнева и тревоги. — Как, блять, он узнал ее номер?!

— Может, она сама дала его? — предположил Рябинин, стискивая челюсти.

— Она этого не делала! — я гневно провел рукой по волосам. Мне хотелось что-нибудь сломать, хотелось причинить кому-нибудь боль. — Ксюша сказала, что он звонил ей задолго до того, как я с ней познакомился. Он молчал, но сегодня, блять, она его услышала!

— Что он сказал? — спросил Даня.

Я едва ли не со свистом повернулся к другу.

— Он ничего не говорил! — рявкнул я. — Ксюша сказала, что он дышал и стонал ей в трубку. Она не поняла, почему, а я, блять, понял! — я схватил кружку, попавшую под руку, швырнул ее в стену, разбивая на миллионы осколков, а потом прорычал: — Этот ублюдок дрочил себе на ее голос!

— Твою мать… — пробормотал Влад себе под нос.

— Вот именно! — тут же огрызнулся я. — Твою мать! Какого хера он смог зайти так далеко без нашего ведома?!

— Успокойся, Лех, — призвал меня к спокойствию Громов.

Я поднял телефон, который, к счастью, упал на диван, не разбившись, и ткнул в него пальцем.