Ну, а что он один, а их много? Не порядок!

– Так, я не понял. Ты на чьей стороне, дорогая моя невеста?

– На твоей, милый, – вздыхаю, вспоминая, для чего я тут.

– Вот и…

– Но от брата отстань, – строго грожу пальцем.

Он улыбается во весь рот:

– Как прикажешь, госпожа, – и покорно склоняет голову в шутовском поклоне.

Придурок. Правильно говорят, первые сорок лет самые сложные в жизни мальчика, одна дурь на уме.

Сокрушенно качаю головой и встретившись с угрюмым взглядом сидящего напротив Андрея, подмигиваю ему. Он как-то нервно сглатывает и снова тянется за едой.

Почему-то его маменька в этот момент сияет, как начищенный пятак.

– Надо все варианты предложить, – убежденно выдает она, – Я же до сих пор не знаю, какие девушки нравятся моему сыну. Он их не показывает.

– Мам…

– Вот какие тебе нравятся. Блондинки? Рыжие? Или может как Верочка, темненькие?

Снова быстрый, непонятный взгляд в мою сторону, от которого коленки начинают мелко подрагивать.

– Разные, – ворчит Андрей. В этот момент у него начинает гудеть телефон, и он поднимается из-за стола, – извините. Надо ответить."

"И быстренько сваливает на террасу. Довели бедного. Я прямо чувствую, как он кроет всю свою семейку и меня в том числе. Провожаю его следом и испытываю неуемное желание отправиться следом, но заместо гуся на столе появляется торт, и моя внутренняя обжора, готовая продаться за кусок сладенького, напрочь отказывается уходить от этого великолепия.

К счастью, когда Андрей возвращается, разговор перескакивает на другую тему, и я его активно поддерживаю, не позволяя свернуть в старое русло. Хотя попытки были. Наталья пару раз набирала воздуха побольше и жадно смотрела на младшего сына, готовясь разразиться очередными нравоучениями. Но меня ж не сдвинуть если упрусь, поэтому я каждый раз гасила ее порыв и уводила в сторону.

Вот еще удумали, начальника моего обижать!

Начальник, кстати, в скором времени совсем сник. И в отличие от меня, тортик его совершенно не радовал. Он только вяло копался в нем вилкой и время от времени одаривал меня задумчивым взглядом.

А потом и вовсе взял и свалил! Сказал, что у него планы и сбежал, оставив нас наедине с родителями. И поскольку главный объект для битья исчез, то все внимание безраздельно доставалось мне.

Допрос я выдержала. Разговор по душам, когда мужчины вышли «на перекур» тоже. По крайней мере Наташа осталась довольна. Кажется, я ей понравилась. Вроде бы. Наверное. Но это не точно.

Еще спустя час мы тоже распрощались и уехали.

– Ну как ты? – спрашивает Матвей, – жива?

– Нормально все, – жму плечами, – мне даже понравилось.

– Вот поэтому я и выбрал тебя на эту роль. Другая бы сбежала еще в самом начале, а ты стойкая. Еще и удовольствие умудрилась получить от этой встречи.