- “И какое же желание?”

- “Придет время, и ты узнаешь, но, будь спокоен, это никак не связано с моими попытками забрать твое тело. Клянусь своей мертвой матерью, ученик”

Только глупец стал бы заключать сделку с Врагом Всего Сущего. Глупец или безумец.

Хаджар поднялся с места и ответил сразу всем.

- Я согласен.

Глава 1574

Глава 1574

- Я помню тебя, - посреди цветочного холма, под ясным, синим небом с мирно плывущими по нему облаками, стоял воин, облаченный в черное. Его броня, казалось, пожирала сама свет. Меч, окрашенный кровью тех, что устлали телами подножие холма и все поля, от одного горизонта до другого, постепенно высыхал.

Будто он слизывал со своих граней законную добычу.

Черные волосы вороньем крылом легли на плечо воина.

Он не носил шлема, но рассмотреть его лицо не смог бы даже Ирмарил. Столь темная и плотная тень покрывала чело воина. И только глаза. Глаза, доставшиеся ему в наследство от отца - Древнего старца Борея, смотрели на мир все так же ясно и жестко.

- И я помню тебя, - ответила молодая девушка. Облаченная в красные одежды, украшенные узорами белоснежных голубей, она держала перед собой простой, железный меч.

Прямой клинок, лишенный всяких украс и изысков. Это было оружие. Старое. Помнящее битвы и знающее жар сечи.

Десятки щербинок на его поверхности могли рассказать больше о войне, чем все смертные историки вместе взятые. Ибо этим мечом и писались военные летописи, а не стилусом или пером.

Именно он проливал реки крови, пока, наконец, не пал и сам, расколотый на тысячу кусков. Их подобрал Хафотис - лучший кузнец среди богов и духов. Он подобрал их, проведя в кузне ровно год и один день, создал меч, равных которому не появлялось ни на Небе, ни на Земле.

Меч Королей.

Хафотис отдал его той единственной, кому мог доверить столь грозное оружие. Вручи он его смертному воину и войны длились бы на протяжении всей истории Безымянного Мира. Подари он его демону - и те бы ринулись в новую войну против богов и духов.

Оставь Хафотис Меч Королей для Бога Войны и тот, может, никогда бы даже не покинул своих ножен. Но меч создан для битвы и ради битвы - он не должен всю жизнь оставаться в плену и висеть на стене в качестве украшения.

У кузнеца остался лишь один выход.

Он отдал меч духу цветочного луга.

Той, что могла бы сама решить, когда ей стоит сражаться, а когда нет.

- Ты славно билась у врат Грани, - произнес воин. Голос его звучал так, будто вся вселенная своим бесконечным мраком и тьмой волнами обрушивалась на одинокую фигуру цветочной девы. - Многих тварей погубила твоя рука и многих наших братьев и сестер она же и спасла. Ты достойный воин, дева Цветов. Я не хочу проливать твоей крови.

Она посмотрела на подножье холма. Там, где распростерлось разноцветное море. Но на сей раз не цветочное, а кровавое.