Смертные не забудут наши подвиги, не предадут забвению нашим деяниям, что мы совершаем в их благо.

- В их благо… - повторил Рыцарь. - Ты прав, голем, некогда я действительно носил человеческую плоть. И с тех пор… с тех пор помню я, как в часы тягот и невзгод я вспоминал богов. Лже-богов… и знаешь что? Ничего… тишина.

- Богам нет дела до тягот смертных.

- Так же, как и смертным нет дела до подвигов богов, - Рыцарь раскрутил меч над головой, и снежные волки поднялись вокруг него - каждый из них нес в себе силу и мощь меча главного воина Зимнего Двора. - Сегодня мы с тобой будем биться, Золотой Генерал, но, именем своим я в Вечности поклянусь, что отдал бы свое бессмертие и власть, лишь бы судьба дала мне шанс вонзить в горло твоему властелину кинжал своими смертными руками.

- Богохульник! Я разорву тебя на мелкие куски и разбросаю их по всему миру, чтобы каждый смертный смотрел и говорил - поглядите, это глупец, возомнивший, что он сразил бога войны.

А затем закрутилась битва. Битва, один вид которой не могло вместить в себя сознание Хаджара.

***

Тяжело дыша, Хаджар сидел на земле, а над ним возвышался Первобытный Бог.

Его земли превратились в лед и огонь. Они заморозили всю трясину, высушили болота и, когда битва закончилась, то земли превратились в реки и долины, в озера и пруды.

Зверь, гонимый эхо сражений двух армий, бежал оттуда спасая свою суть и жизнь.

- Я не звал их в свои земли, - сокрушался Первобытный Бог. - Они пришли сами. Нарушили мой покой. Устроили свою никому не нужную битву, словно Седьмое Небо и Тир’на’Ног и до этого не сходились в войнах. Но им то что. Они вернутся в свои сияющие дворцы, и славу в песнях им воспоют. А что делать таким, как мне? Бежать, словно побитым псам? Нет! Пускай теперь обо мне песни сложат и люди узнают, о нелегкой доли Аверкеми… а сейчас ты умрешь!

Глава 1571

Глава 1571

- О, мудрый Аверкеми, - буквально распластался по земле Хаджар.

- твоя история тронула меня до глубины души и…

- Не пытайся усладить меня своими речами, смертный, - перебило его существо. Иглы задергались еще сильнее и от зловония, распространившегося по земле, начали появляться маленькие пруды болот и трясин. Зачахли цветы, а вода в прудах подернулась небольшими, но уже отчетливо видимыми кувшинками.

- Я превращу это место в свой новый дом, а твоей кровью увенчают вход в него.

- … и мне бы очень не хотелось, чтобы люди так и не узнали о твоих страданиях и свершениях, - будто не заметив слов первобытного бога, договорил Хаджар.

Иглы, уже было пронзившие плоть смертного, застыли в паре миллиметров от его шеи. Аверкеми отодвинул в сторону свое грозное оружие и направил все пять отверстий прямо на Хаджара. Тому даже показалось, что в глубине черных провалов он увидел нечто вроде глаз.