Конечно, Нэт ее ненавидит. И все же ей понадобится чья-то поддержка, когда она услышит новости."

"Пиппа побежала, кроссовки тяжело шлепали по тротуару, в груди жгло, сердце готово было выпрыгнуть. Но Пиппа все равно бежала, причем после поворота на Кросс-лейн заставила себя ускориться.

Забыв о звонке, она постучала в синюю дверь. Голову переполняли тревожные мысли. Как, как такое могло случиться? Произошла какая-то чудовищная ошибка!..

В матовом стекле возник силуэт, глядя на который Пиппа старалась угадать, обрушилась ли на Нэт страшная новость.

Блондинка открыла дверь и при виде стоящей на пороге Пиппы стиснула зубы.

– Какого хрена, я же сказала…

Но увидев, как тяжело та дышит и какой ужас написан у нее на лице, Нэт подалась вперед и широко распахнула дверь.

– Что такое? Что-то с Джейми?

– Т-ты слышала? – спросила Пиппа не своим голосом. – Вердикт присяжных?

– А что? – Нэт прищурилась. – Мне никто не звонил. Уже вынесли? Что они?..

Секунда, и Пиппа увидела, как изменились глаза Нэт: она все поняла.

– Нет, – едва уловимо выдохнула она, отшатнулась от двери и вскинула ладони к лицу. Дыхание участилось, глаза остекленели.

 – Нет! – вырвался из ее груди сдавленный крик.

Нэт навалилась на стену в коридоре, задев фоторамку: картина упала и треснула, ударившись о пол.

Пиппа заскочила в дом и успела подхватить падающую Нэт, однако потеряла опору, и они вместе осели: Нэт – на дубовые половицы, Пиппа ей на колени.

– Это кошмар, – лепетала Пиппа. – Такой ужас…

По лицу Нэт, окрашиваясь в цвет туши, побежали черные слезы.

– Не может быть! – воскликнула она. – Это неправда. НЕТ!

Пиппа подалась вперед и обняла Нэт за спину. Она думала, что та ее оттолкнет, отстранится.

Однако Нэт наклонилась к Пиппе и, крепко обняв за шею, уткнулась ей в плечо.

Нэт заплакала. Приглушенный звук проник через ткань джемпера, прерывистое горячее дыхание разошлось по коже. Затем Нэт подняла лицо и зарыдала в голос, сотрясаясь всем телом.

– Мне очень жаль, – прошептала Пиппа, удерживая дрожащую Нэт в объятиях.

Глава двадцать девятая

Крик Нэт никогда не оставит ее, Пиппа чувствовала его где-то глубоко под кожей. Урок начался восемнадцать минут назад, и мистер Кларк резонно заметил:

– Пиппа, как вы думаете, для кого был звонок? Вы оцениваете свое время выше моего?

– Нет, сэр, извините, сэр, – тихо ответила Пиппа, хотя ей хотелось другого: выпустить наконец этот крик и, да, сказать, что, возможно, ее время более ценно.

Она села на заднюю парту рядом с Коннором и так сжала ручку в ладони, что та сломалась, оставив на пальцах пластиковую крошку.

Прозвенел звонок, и они с Коннором пошли на обед. Он уже знал о приговоре от Кары, потому что Рави написал ей, беспокоясь, что Пиппа не отвечает.