Скарлетт сильно сомневалась, что Легендо сдержит слово, но он загораживал ей лестницу, не давая пройти дальше, а позади нее была только река, от которой уж точно добра ждать не приходилось.

Она попыталась вспомнить, что Хулиан рассказывал ей в ночь накануне Караваля: «Нельзя слишком сильно увлекаться, но на самом деле именно в этом и заключается смысл игры».

– Думаю, при свете дня игра была бы совсем иной, – сказала Скарлетт. – Люди привыкли считать, что темнота все скроет: и совершаемые ими дурные поступки, и грязную ложь якобы во имя победы. Караваль оживает ночью, потому что вам нравится наблюдать за тем, как ведут себя люди, когда считают, что останутся безнаказанными.

– Неплохо, – отозвался магистр. – Хотя, полагаю, вы уже поняли, что происходящее здесь выходит за рамки игры. – Он понизил голос до шепота. – Покидая остров, люди не могут обратить вспять совершенные ими поступки, как бы сильно им этого ни хотелось.

– Вам бы следовало предупреждать об этом в приветственной речи, – заметила Скарлетт.

Магистр снова усмехнулся, на сей раз почти как обыкновенный человек.

– Ужасно жаль, что история должна окончиться печально. Вы мне в некотором роде даже понравились.

Он коснулся ее подбородка своим прохладным пальцем, и Скарлетт нервно отпрянула. Нога ее поскользнулась, и она снова с надеждой посмотрела на неподвижную поверхность воды.

– Итак, на ваш вопрос я ответила. Где же мой друг?

– Поразительно! – продолжил магистр. – Я сказал вам чистую правду, а вы даже не позволяете к себе прикоснуться. При этом вы уверили себя, что влюблены в мужчину, который всю игру только и делал, что лгал вам. Этот так называемый друг предупреждал, что вам не стоит мне доверять, но я могу сказать о нем то же самое.

– В ваших устах эти слова звучат как одобрение.

Легендо театрально вздохнул и откинул голову назад.

– Ах, вы исполнены надежд, но при этом столь недальновидны! Давайте проверим, как долго это продлится.

В этот момент на ступенях позади него послышались тяжелые шаги, и мгновение спустя появился Хулиан. Он был совершенно сухим и, если не считать нанесенной губернатором раны, невредимым.

– Мы как раз говорили о тебе, – обратился к нему Легендо. – Сам ей все расскажешь или это сделать мне?

Магистр снова сверкнул глазами, но на сей раз в них не было ни намека на безумие. Являя собой образ идеального здравомыслящего господина в цилиндре и фраке, он праздновал победу.

Скарлетт охватил такой жар, что капли воды, падающие с волос на кожу, немедленно нагревались. Неужели Легендо сдержал обещание? Ей не понравилось, что он обращался к Хулиану по-свойски и смотрел на него, как на свою собственность.