Мне она сразу понравилась — приятная, простая женщина, она отнеслась ко мне с теплотой. И я ответила ей тем же.

Я резко оборачиваюсь. Даже улыбку выдавить не могу, хотя я и рада видеть старую знакомую.

Но сейчас внутри меня поднялась такая буря, что не остаётся сил на приветливость.

Ольга бросает быстрый взгляд сперва на меня, потом на Максима и его невесту. Кажется, женщина понимает всё без слов, потому что в следующий момент она начинает щебетать.

— Марьяночка, вы мне поможете? Там из салона дизайна интерьеров звонили, спрашивали про цвет штор. Я помню, вы их сменить хотели… Поможете мне?

Лицо невесты Максима превращается в камень. Слепому видно, что ей совершенно не хочется оставлять нас троих наедине.

— Я чуть позже подойду, — откликается она, убийственно глядя на Ольгу.

— Но им нужен ответ прямо сейчас! Просили сразу перезвонить, — продолжает настаивать домработница, стараясь незаметно для окружающих, подмигнуть мне. — Вы же знаете, я совершенно не разбираюсь в соотношении цветов.

— Да уж, — хмыкает пластиковая блондинка. — очевидно не разбираетесь.

Домработница проглатывает ее реплику и настойчиво продолжает упрашивать Марьяну пойти с ней. Та сопротивляется.

— Иди, — наконец, вступает в беседу Максим.

Видимо, не только я замечаю, что его голос полон стали — Марьяна нехотя соглашается.

— Я ненадолго, милый! — говорит она, уходя за Ольгой.

Невеста клюет моего бывшего босса в щеку, а Максим лишь сдержанно кивает.

Внезапно Даришка на его руках начинает недовольно и характерно кряхтеть.

— Нужно сменить её подгузник, — неожиданно с видом знатока заявляет мужчина, чем вгоняет меня в ступор.

Этот миллионер собрался менять подгузник? Сам?

Максим, который казался брезгливым до одури?

Он направляется в спальню. Я семеню за ним.

Мне бы нужно потребовать отдать мне ребенка, но у меня от шока язык прилип к небу.

Максим расстилает на кровати одноразовую пелёнку и достаёт влажные салфетки.

— Давай я, — все же предлагаю ему.

— Сам справлюсь, — отмахивается Максим.

С удивлением смотрю, как проворно он управляется с Даришкой, которая теперь лежит на спине и с интересом наблюдает за нами, посасывая свой кулачок.

Подгузник и правда переполнен. Но моего бывшего любимого мужчину это кажется не напрягает?

Блин, я Арину не могла заставить поменять малышке памперс, а тут… мужчина! Да еще какой!

Ох… вспоминаю какой он. И почему дико зол на меня."

"Может сейчас, пока он занят переодеванием малышки он будет менее черствым?

— Максим, — робко нарушаю молчание я. — Поверь, я тут не при чём! Я говорю и о том, что тебе принесли ребенка, и о шумихе в прессе.