Просто… бронируй лучшее.

— На какой срок?

— На неделю, если возможно.

— Неделя это хорошо. Мы с Зоей тоже собираемся выбраться как раз в это время, вдвоем. Можем пересечься.

— Вдвоем? Оставляешь спиногрызов дома?

— У меня нет спиногрызов, Черкасов, у меня дети любимые. Но их много, и моей красавице иногда нужен отдых.

— Ага, отдых, с которого вы привозите очередного.

Тамерлан усмехнулся. Многодетный папаша, кто бы мог подумать? А когда-то мы славно куролесили вдвоем. Но давно. Потом… потом у него была долгая черная полоса, без любимой. К счастью, моя была короче.

— Да, поздравь меня Тамерлан, я, возможно, скоро женюсь.

— Возможно?

— Если она скажет «да».

— А что, есть варианты? — Умаров снова ухмыльнулся в трубку.

— Зришь в корень, мы не выбираем простых женщин, с нашими всегда есть варианты. И, кстати, я теперь тоже отец. Правда, пока не многодетный, но, надеюсь это исправить.

— Поздравляю. Значит точно, надо увидеться! Познакомим наших девочек, моему Светлячку будет о чем общаться с твоей…

— Даша, ее зовут Даша! Все, до скорого, Тамерлан, спешу на рейс.

Через пару минут пришло сообщение — забронирован номер, президентский люкс, правда, всего на пять дней, но это не важно.

Я подумал, что мы останемся на пять дней. После, если захотим переселимся, или переедем в другое место — покажу малышкам горы. Хотя, мне, конечно, хорошо бы вернуться в столицу, закончить все дела с Владом, которые без меня по любому не решатся. Но пока думать об этом не хотел. Пока хотел думать только о моих любимых девчонках.

О Даришке. И о Даше. О Дарье, о Дашеньке…

Когда моя малышка сказала «да», думал, сердце из груди выскочит.

Почему-то до последнего был уверен, что Дарья откажет. Слишком много у нее поводов. Слишком много у меня косяков.

Но, может на неё подействовала атмосфера — не каждой девушке делают предложение на борту самолета, да еще и под пристальным вниманием не менее двухсот свидетелей!

Она сказала «да» и пассажиры дружно зааплодировали, начали поздравлять. Я сам смутился — получилось трогательно, но приятно. А уж Дашка стояла красная как рак.

Притянул ее к себе, легонько поцеловал — но не тут-то было! Кто-то крикнул «горько»! Я думал возмутиться — пока ведь не свадьба, а потом посмотрел на Дашу и увидел, что она вовсе не против поцелуя.

Когда все закончилось, прошептал ей на ушко:

— Прости, милая, я сам не знал, что так получится.

— Ты невозможный, Черкасов.

— Да. Но… любимый же?

Смотрел в ее глаза, пытаясь найти ответ. А она смущенно уткнулась мне в плечо.

— Любимый.

— Вот и прекрасно."

"Я поблагодарил пассажиров, сказал, что точно не забуду этот рейс. Хотел пообещать шампанского, но меня заранее предупредили, увы, не положено.

Но сок и воду за наше счастье все-таки наши попутчики выпили.