То, что я задумал, было делом дерзким, но вполне выполнимым. И я хотел довести его до конца."

"Полевой стан представлял собой обыкновенный большой сруб под крышей, провалившейся с одного бока, но не сильно. Внутри сруб был вполне сносным и даже пригодным для того, чтобы там переночевать, если лень добираться до деревни. Механизаторы работали в поле посменно – одна смена спит, другая отдыхает. Ехать в деревню – давать кругаля, а это долго. Время сна после трудной смены тратить не хотелось, поэтому для механизаторов установили нары. На них и спали. Окна, давно лишенные рам и стекол, дышали пылью и гнилью, и мне казалось, что охотники за моей головой не захотят сидеть внутри. Тем более что места вокруг колеса в «курилке» хватало на всех.

Для снайпера подходящего окна, выходящего в сторону деревни, не было – с той стороны глухая стена. Но было чердачное окно. Проваленная крыша мало кого могла бы смутить. В целом она казалась крепкой, даже стропила не сильно просели; в некоторых жилых деревенских домах они были более слабые. Так что снайперу был прямой смысл забраться на чердак. Тем более что вскарабкаться туда было несложно, в чем я сразу убедился, поднявшись по приставной лестнице. И еще убедился в том, что провалена только верхняя крыша, а нижняя обрешетка еще держится. Должно быть, в какую-то из зим навалилась сильная метель, что в здешних краях не редкость, и снега насыпало только с одной стороны, вот кровля и не выдержала. А вся крыша в целом оказалась прочной, и свет на чердак поступал практически только из слухового окна, из которого мамин дом был прекрасно виден. Ну, и чуть-чуть сквозь щели в обрешетке; но это был слабый свет, не распространявшийся на весь чердак. То есть я увидел, что желал увидеть, и остался доволен.

Я не зря лазил на чердак маминого дома, да и на других чердаках в детстве побывал, так что знал, как в этих местах делают крыши, знал, как ставят стропила и подстропильники, как усиливают все крепления на случай частых в здешних краях сильных ветров. Осмотрелся. Луч фонаря выхватил верхний угол над слуховым окном. Как раз то, что мне нужно. На подстропильной балке можно было и стоять, и сидеть, свесив ноги над головой снайпера, и даже покачивать ногами в свое удовольствие. Есть ли снайперу необходимость смотреть, что у него над головой? Нет, разумеется. Там только пыль и мрак, как и везде кругом. Я взобрался на балку, присмотрелся. А вот мне сверху все было видно хорошо, кроме того, что делается во дворе. Но это я могу разглядеть во второе слуховое окно. И даже успею забраться на свое место до того, как снайпер займет позицию.

В это время у меня в кармане завибрировал телефон. Говорить мне можно было пока без стеснения, и я ответил:

– Капитан Смертин. Слушаю.

– Валар, это пост.