Расскажешь, что случилось. Мой брат, конечно, придурок, но он тебя любит.

***

Катя вытащила из рюкзака бутылку сухого красного вина и водрузила на стол. Я не удивилась. Молча достала бокалы и положила рядом штопор, предоставив подруге возможность самой руководить процессом.

– Что сделал мой брат? – спросила Катька, загнав штопор в пробку. Посмотрела на меня.

С Матвеем они были похожи и не похожи одновременно. И он, и Катя – темноволосые, с красивыми чертами лица и решительными взглядами. Но на этом сходство заканчивалось. Катя вообще не вписывалась в семью, как и я. Только полюса у нас с ней были разные.

С нескромным чпоком пробка выскочила из бутылки, и Катька принялась разливать вино. Подвинула ко мне бокал и посмотрела с вопросом.

– Я не знаю, чего от меня Макар ждёт, – призналась я честно. – Он хочет, чтобы я ходила с ним на корпоративы, чтобы встречалась с его партнёрами, а я…

– А ты хочешь ходить в своих водолазках и готовить ему борщи.

Звучало грубо, но, в сущности, отражало правду.

– Ну… Примерно так.

– Так вышла бы замуж за задрота и жила бы в своё удовольствие.

Язык у Катьки был под стать внешности. Короткая стрижка, дерзкий взгляд, чёрные обтягивающие джинсы и несколько дырок в ухе. При этом из всех родственников Матвея общий язык я нашла только с ней.

Не спрашивая, Катя открыла холодильник и осмотрела полки.

– У тебя что-нибудь нормальное есть?

– У меня всё нормальное.

– Да. – Она захлопнула дверцу. – Суп, гречка, грёбаный салат. Тань… – Посмотрела выразительно. – Ты с какой планеты?

Я вздохнула. Ни с того ни с сего слёзы снова навернулись на глазах.

С какой я планеты? Да откуда я знаю, с какой?! С такой, где делают вот таких неудачниц, как я.

Катька покачала головой и достала телефон.

– Ладно, твой борщ мы поправим. А ты пока рассказывай, что случилось.

***

Пока мы ждали курьера, я вкратце успела пересказать ей суть нашей с Матвеем ссоры. Катя медленно пила вино и слушала меня. Когда мы познакомились, она показалась мне взбалмошной и легкомысленной, в какой-то мере пошлой. Но потом я узнала её лучше, и поняла, что ошибалась.

– И какого хрена ты отказалась идти с ним? – спросила Катя.

– Так я же сказала…

– Я слышала, что ты сказала, – оборвала она. – Я тебя спрашиваю, какого хрена ты послала мужика, который дал тебе свою кредитку и отправил в магазин только потому, что хотел, чтобы тебя увидели все его знакомые? И притом вместе с ним увидели.

Я так и уставилась на неё, держа вино.

В дверь позвонили, и Катя, больше ничего не сказав, ушла открывать. Из коридора донёсся её голос. Мелодичный, одновременно детский и женский, с лёгкой хрипотцой. Вернулась она с большим пакетом. Водрузила на стол несколько упаковок сыра, мясную нарезку и тут же открыла.

– Вот теперь это нормальные посиделки.