Какие угрозы, Алин? Я тебя люблю и не хочу отпускать.

– А придется, Дим. Придется.

– У нас общие дети, имущество, – он сокращает расстояние между нами, вторгаясь в мое личное пространство. – Как ты собираешься это делить?

– Желательно – по справедливости, – отвечаю я, выдерживая его взгляд. – Надеюсь, у тебя нет плана ободрать меня как липку? – иронично усмехнувшись, нарочито любовно поправляю лацканы его пиджака. – В конце концов, это не я годами наставляла тебе рога, а наоборот.

– Какими еще годами, Алин? – изображая праведный гнев, Дима пытается схватить меня за руку, но я отшатываюсь.

– Не знаю, тебе виднее, – шагаю в распахнувшуюся кабину лифта.

– Алин, почему ты со мной так разговариваешь? Хамишь, нарываешься… – Дима недовольно ерошит волосы. – У тебя что, кто-то есть?

– А вот этого не надо, – предостерегаю я. – Не перекладывай с больной головы на здоровую. «Кто-то» есть у тебя, а я просто хочу развода.

– Нет, серьезно, – он удерживает ладонями двери лифта, не давая им закрыться. – Что так внезапно изменилось? Еще вчера ты обещала подумать, а сейчас вновь завела шарманку про развод.

– Так я подумала, – улыбаюсь. – Подумала и приняла решение, что больше не хочу быть твоей женой. Что тут непонятного?"

"Меня так и подмывает поведать Диме о том, что я в курсе его многочисленных романов за моей спиной, но ставить под угрозу карьеру Дины Александровны никак нельзя. Она не просила держать эту информацию в секрете, но я не хочу, чтобы по моей вине у нее были какие-то проблемы с начальством. В конце концов, того факта, что Дима трахал секретаршу в нашей с ним постели, вполне достаточно, чтобы аргументировать желание развестись.

– Ты клянешься, что у тебя никого нет? – никак не уймется он.

– А с чего это я должна тебе клясться? Даже если у меня и есть мужчина, это уже не твое дело.

Дима снова зависает, глядя на меня со смесью изумления и неверия. Из-за накрывших эмоций он даже забывает придержать двери, и они захлопываются прямо у него перед носом.

Приваливаюсь спиной к стене и усмехаюсь. Муж наверняка в шоке от моей новой манеры общения. Раньше-то я себе такого не позволяла. Я вообще никогда не была стервой. А, может, и зря?

Стерв осуждают, сочиняют про них анекдоты, но с их мнением, черт возьми, считаются. Стервозная жена никогда не будет удобной, никогда не проглотит обиду, не промолчит. Она закатит скандал, выскажет прямо, что ей не по нраву, и потребует свое. Возможно, если бы я была чуть более наглой, Дима бы больше меня ценил. Ну или, по крайней мере, ублажал бы своих любовниц в отельных кроватях, а не на выглаженных мной простынях.

Сейчас я даже рада, что Димина измена с Ясминой не была единичным случаем. Когда мужчина оступается лишь раз, его очень тяжело отпустить.