Я затрудняюсь определить, огорчает ее эта новость или просто удивляет.

– Да, малыш, – выдыхает Влад, немного помолчав. – Мы с тетей Алиной встречаемся. Прости, что ты узнала об этом вот так. Я как раз собирался тебе сказать…

– А Марина знает? – Эвелина переводит вопросительный взгляд на меня.

– Нет, – качаю головой. – Еще нет.

Я ничего не говорила детям о своих зарождающихся отношениях с Рокотовым. Не видела смысла тревожить их раньше времени. В конце концов, до недавнего момента вообще было неясно, будем мы вместе или нет.

– А как же мама? – девочка вновь смотрит на отца. – Она сказала, что вы помирились…

Вот же Эльвира! Чертова сучка! Ничего святого у нее нет! Разве можно вот так манипулировать чувствами ребенка, который до сих пор болезненно переживает развод родителей?!

Прямо скажем, мать из нее отвратительная! Наплела дочери в три короба, а Владу теперь расхлебывать…

– Дочур, – Рокотов поджимает губы, а затем присаживается на корточки, чтобы лучше видеть Эвелину, и берет ее за руки, – мы с мамой больше не в ссоре. Это действительно так. Но вместе жить мы больше не будем. У мамы своя жизнь, у меня – своя. Ты же понимаешь меня, да?

Девочка делает неопределенное движение головой, дескать, не уверена, а Влад продолжает:

– Но знаешь что? Есть и хорошая новость. Мама, скорее всего, теперь будет жить в нашем городе. Не в нашем доме, но где-то неподалеку. А это значит, что выходные ты сможешь проводить у нее. Мы с ней обо всем договорились.

– Правда? – эта новость девочку, несомненно, радует.

– Ага.

– А вы с тетей Алиной… – она заминается, пытаясь подобрать правильные слова, – вы теперь поженитесь?

Да уж. А теперь неловко нам. Причем обоим.

– Нет, – усмехнувшись, Влад отрицательно трясет головой. – Мы с тетей Алиной пока просто будем дружить.

– Но ведь это все равно значит, что мы с Мариной будем сестрами? – не унимается она.

И тут я впервые в жизни чувствую подлинную благодарность за то, что моя дочь – лучшая подруга Эвелины. Если бы не эта тесная связь, девочка, вероятно, куда прохладнее отнеслась бы к новым отношениям отца.

– Ну… Как тебе сказать? – Влад беспомощно оглядывается на меня, и я коротко киваю. Ну а что? Уверена, от нашей маленькой лжи вреда не будет. – Хотя, да… Да, вы будете сестрами. Ты рада этому, малыш?

– Ну еще бы! – Эвелина коротко хлопает в ладоши. – Я всегда хотела, чтобы Марина была моей родственницей!

Ощутив прилив энергии, девочка подскоками уносится в гущу детского праздника, а мы с Владом снова переглядываемся.

– Думаю, тебе как можно быстрее нужно найти дочь и сообщить ей, что у нее появилась сестра, – посмеиваясь, бросает он.

– Да уж, – ухмыляюсь. – Родственные связи крепнут не по дням, а по часам.