– Значит, обнаружат и захватят.

– Если только те в леса не уйдут… – Я опустил бинокль и задумался.

Гриша забрал у меня бинокль и присмотрелся.

– Точно, все еще дымит.

– У меня тут идея появилась, ты наблюдай, а я с Никифоровым посоветуюсь, – хлопнув Гришу по плечу, сказал я.

– Хорошо, – кивнул он.

Быстро спустившись на пляж, я достиг нашего лагеря.

– Саня? – окликнул я его, не обнаружив на месте стоянки.

– Чего? – послышалось от крупных камней, наваленных у берега. Обычно там мыли посуду, используя морскую воду и песок. Камни были невысокие, но если присесть, то со стороны трудно заметить. Подбежав, действительно обнаружил там Никифорова. Он не только очищал от жира нашу «сковороду»-железку, но и скоблил посуду с самолета. С последней у него пока не очень получалось, слишком долго посуда была в едкой морской воде. Но, как говорится, терпение и труд все перетрут.

– Японцы заметили сигнал соседей. Сменили курс, идут на сигнальный дым.

– И что? Помочь мы им не сможем, если только сами догадаются уйти в глубь острова.

– Сань, вот ты мне скажи, что сделает японский командир при обнаружении посторонних в своем районе действия?

– Высадит десантную партию, он может принять их за наблюдательный пост противника с радиосвязью. Пока не убедится в отсутствии оного, он не уйдет, – уверенно ответил Саня.

– Во-от! Сколько, по-твоему, останется на борту экипажа, если на корабле едва ли больше сорока человек, а остров очень большой? А?

– Человек двадцать – двадцать пять отправит точно… – начал было задумчиво отвечать Никифоров, но тут в его глазах мелькнул огонек понимания: – Ты чего это удумал?

– Сам посуди, какой это шанс выбраться отсюда и принести нашим подобный подарок. А?

– Сева, – устало произнес Никифоров, – ты не суди нас по себе. Это ты сможешь пробраться на борт и пошалить, мы пока не бойцы, сам должен понимать. Да и бред это – нападать втроем на боевой корабль.

– И я о чем! Кому в здравом уме придет подобное в голову? Не ожидают они нас, могут выставить наблюдателя со стороны острова. И то скорее из-за того, что службу знают как надо. Сам пойми, с вашими духовыми трубками, считай, с бесшумным оружием, у нас есть все шансы.

– Бред, – после некоторых раздумий ответил он.

– Бред – нападать днем, – согласно кивнул я. – Но если ночью. Как ты думаешь, поймают они соседей за эти полдня?

– Сомневаюсь, если только те вовремя их заметят и успеют уйти."

"– Если десантная партия останется на острове, что более чем вероятно, японцы тоже воспользуются возможностью отдохнуть на берегу. Значит, именно ночью у нас все шансы. Снимаем вахту и тихо избавляемся от остальных, пока они спят. В данном случае трубки – это вундервафля[11]. Я еще острогу смажу ядом и ножи, легкий порез – и все.