Тот сказал:

— Отлично, вот инструкция с новой датой, местом и временем, а также твоя награда за ВСЮ, — это слово жрец выделил особой интонацией, — проделанную и будущую работу.

Я сжал в руке увесистый конверт из плотной жёлтой бумаги, скреплённой красной сургучной печатью, взамен протянул папку с бумагами.

— Ну что ж, тогда, — старик отступил от входа в портал и едва заметно кивнул своим прихвостням, — приступим.

Помощники вновь разошлись в разные стороны. По одной, друг за другом, они вводили девок в портал. Те шли послушно, словно скот на убой. Звучит цинично, но вдруг, так и есть? Хрен его знает.

Оставшихся двух, лежащих в отключке, помощники жреца подхватили на руки, и вместе с ними шагнули в светящуюся арку. Фух, пронесло, и никто не спалил, что с двенадцатой девкой что-то не так.

Великий жрец уже почти дошёл до портала, но вдруг обернулся и полоснул своими белёсыми глазищами, словно серпом по яйцам:

— Есть что-то ещё, о чём я должен знать?

— Нет, — прохрипел и вновь опустился на одно колено, склоняя голову, пряча глаза. Чёртов старик, неужели о чём-то догадался?

К счастью, время было на исходе. И мы оба это понимали.

— Ну что ж, тогда до встречи, охотник.

— До встречи, Великий жрец, — я не рискнул поднять голову до тех пор, пока старик не шагнул в портал.

И только когда светящаяся арка погасла, встал на ноги и отряхнулся. Ветер стих.

Посмотрел по сторонам. Ничто не напоминало о том, что здесь творилось каких-то пять минут назад. Фантастический блокбастер, мать его.

Двенадцать девушек пропали без вести. Никто и никогда их не найдёт. Впрочем, разве это такая уж редкость? Нет тела — нет дела. А когда и следов никаких нет…

Кстати, о следах. Посвистывая, направился обратно в дом, на ходу отдирая печать и вскрывая пергамент. Присвистнул, не поверив своим глазам — да тут хватит, чтобы завербовать целую армию, и сдача нехилая останется! Ну, окей, старик, будут тебе ещё наёмники.

Но первым делом надо тщательно осмотреть и обработать каждую комнату, чтобы скрыть все следы. Но уж в этом я профи. Не зря десяток лет отпахал в следствии.

4. Неприятное пробуждение

Ангелина.

Очнулась стремительно, словно вынырнула из небытия. Открыла глаза и резко села на кровати. Память подбросила последнее, что я помнила перед тем, как отключиться.

Кажется, я скоро привыкну просыпаться не пойми где, и вовсе перестану чему-то удивляться.

Комната в золотисто-бежевых тонах. По-королевски вычурна и роскошна. Тяжёлые бархатные портьеры лимонного оттенка с помпезными ламбрекенами. Обои в тон с серебристым тиснением и рисунком из королевских лилий. Огромный шкаф под потолок из дерева цвета молочного шоколада, пара комодов ему в тон, дамское трюмо с круглым зеркалом. Возле окна столик с двумя аккуратными креслами.

За окном светит солнце.