– Дай сейчас же! – потребовала я. – Иначе, когда Химера пробудится, клянусь, заставлю тебя танцевать чечётку в мэрии перед всеми твоими подчинёнными!

Отец с некоторой долей сомнения посмотрел на меня, но всё-таки уступил место. Я подошла ближе… Действительно! Какой-то хитрец просверлил дырку в стене!

Я с подозрением взглянула на отца. Уж не он ли это был? Тот махнул головой, показывая, чтобы я слушала.

Поспешно приложила ухо к отверстию.

– Она лишь едва открывшее глаза человеческое дитя, брошенное в жернова подковёрных игр Великих Домов, – раздался приглушённый голос Эльнариила.

Я не услышала, что ответил Лиордан, должно быть, он стоял далеко от отверстия. Про себя отругала отца: раз уж взялся, надо было делать на совесть! Чтобы всё можно было услышать!

– Жертвы должны быть оправданы, Лиор. В данном случае есть иной выход, – снова услышала эльфа.

Какие ещё жертвы?

– Ты правда сможешь убить юную деву? – я услышала в голосе Господина Небесного Дома проблеск интереса."

"Убить меня? Я в ужасе посмотрела на отца. От него точно помощи ждать не придётся. Градоначальник Торнтон встретил мой взгляд довольной улыбкой. Должно быть, грезит о высоком положении в обществе, которое в его мечтах мы займём совсем скоро.

– Этот способ, каков бы он ни был, ведёт во тьму. Виктор запятнал себя. Не советую тебе ступать на путь отступников.

Лиордан пытается придумать, как разделаться со мной и сберечь Химеру? Предатель! Хотя чего я ожидала? Сжала кулаки, чувствуя всё нарастающий гнев. И тут услышала голос Велиота:

– Я лишь размышляю. Но способ, который ты предлагаешь… Я не желаю так близко связывать себя едва знакомой женщиной. Тем более, человеческой… Да и разве это возможно?

Лёгкий оттенок пренебрежения в его голосе уколол меня.

– Почему нет? Она часть Иллириона, как и мы с тобой, – голос Эльнариила стал ещё ближе.

Теперь я отчётливо слышала двух собеседников и навострила уши.

– Она люмьена наследника волков, – произнёс Велиот.

Бывшая вообще-то!

– Лиор, – насмешливо протянул эльф. – Люмьена – лишь обещание, сотканное из воздуха. Лер-валии же на древнем языке – истинность, нерушимая связь. Оно твёрже любого камня, прочнее самой закалённой стали.

Я похолодела. Нет. Только не это.

– Я уже чувствую это в вас, – добавил эльф.

Ложь!

Отец увидел, как изменилось моё лицо.

– Что там? Что там? – зашептал он, подаваясь вперёд.

Я лишь отмахнулась, приклеившись к стене. Ноги как будто не держали, казалось, ещё немного и я рухну прямо на пол.

– Ещё ни один носитель не связывал себя лер-валии, опасаясь, что могущество может быть разделено, – злость в голосе Лиордана была почти осязаемой.

– Они были жадны и эгоистичны. Но такова воля предков. Значит, не было необходимости.

– А теперь нужно по-другому? – разъярённо прошипел Велиот.