– Наши отцы договорились, Мора! – прокричал волк, снова ударяя по машине, которую он же мне и подарил. – Ты не можешь так просто отказаться от нашего союза!

Я поспешно надавила на газ, понимая, что ещё немного и он окончательно сбесится и разобьёт стекло. Машина с визгом отъехала, я почти ожидала, что жених обратится и погонится за мной, но на пороге поместья появилась Эллианна. Я видела в стекло заднего вида, как она помахала Дариусу, видимо, предлагая вернуться.

А я скрылась за поворотом, глотая слёзы.

Только спустя час подъехала к дому отца, а меня всё ещё трясло. Я вытерла глаза и выбралась из авто, начиная нервничать ещё больше.

Папе не понравится всё, что произошло. Он был так счастлив породнится с кланом волка, входящим в Великий Дом Серебристой Луны. А теперь придётся всё отменять… Наверняка отец скажет, что я во всём виновата. Он ведь говорил мне, чтобы я угождала Дариусу и делала всё, чтобы мой люмьен был доволен.

Я закусила губу и выбралась из авто, дождь по-прежнему лил. Туман уже полз по улице, окутывая ели и сосны… Я подумала, что ночь будет не из приятных. И тут же вздрогнула, когда раздался раскат грома.

В Виззарии, столице Мерцающего Иллириона, большую часть года пасмурно и туманно. Слёзы снова наполнили глаза. Потому что Дариус, зная, что я всё никак не могу привыкнуть к местному климату и постоянно мёрзну, часто обнимал меня ночами, согревая своим теплом. Теперь он будет согревать эту подлую гадину Эллу! Надеюсь, предки покарают его! Хотя о чём говорить… Если в прошлые времена предателей осудили бы в обществе, сейчас ситуация просто выльется в пикантный скандал, который замнут влиятельные родители моего суженного.

Я провела рукой по мокрым от дождя волосам и направилась к дому, в котором выросла. Он находился в одном из респектабельных кварталов Виззарии, а разве могло быть иначе? Мой отец был градоначальником столицы, о чём он с гордостью любил напоминать всем и каждому.

Прошла мимо аккуратной зелёной лужайки, открыла низкую белую калитку, которая нужна была скорее, как украшение и дополнение к общей композиции, нежели как какая бы то ни было защита. Я постучалась лишь из вежливости, всё-таки это по-прежнему и мой дом.

Мне открыла дверь красивая черноволосая женщина лет тридцати – моя мачеха. У нас была не слишком большая разница в возрасте – всего восемь лет, поэтому мы отлично ладили.

– Привет, Микайла, – я попыталась улыбнуться, но, видимо, получилась какая-то гримаса, потому что мачеха обеспокоенно схватила меня за руку и втащила в коридор.

– Мора, ты вся промокла. Что случилось? – с тревогой спросила девушка.

Я всхлипнула, совсем неаккуратно вытирая нос кулаком:

– Отец дома?

– У него встреча, – пояснила Микайла, сжимая мою ладонь. – Пойдем, заварю тебе чаю.