— Свадьба отменяется, — твердо повторила Алена.

— Но почему? Вы же…

— Потому что я не хочу, — резанула она, и все растерянно замолчали.

А что так можно было?"

"Значит я тут бился, как рыба об лед, пытаясь отстоять свое право на свободу, а Рыжова просто пришла, кинула свое «не хочу» и все заткнулись? Заебись, как справедливо.

— Милая, это просто беременные гормоны в тебе говорят, — моя мать попыталась смягчить эту минуту добродушным понимающим смехом, но попытка провалилась на корню. Ее никто не поддержал.

— Ничего подобного, — снова твердый ответ.

Мне даже любопытно стало. Сел вполоборота и, подперев щеку кулаком, с интересом уставился на Алену. Интересно, что на этот раз ей в голову взбрело.

— Дорогая, ты просто расстроена, — поспешила с утешениями тетя Таня.

— Чем? — холодно спросила невеста, — у меня все отлично.

Ее мама замялась, беспомощно посмотрела на мужа.

— Вы поругались? — грозно спросил тот.

— Мы никогда и не ладили особо, — когтистая лапка сильнее сжала мое плечо.

— Егор! — прогремел мой отец, — что ты опять сделал?

Блядь, да почему сразу я-то?

Ответить опять ничего не успел. Рыжова снова меня опередила.

— Ваш Егор не сделал ровным счетом ни-че-го. Ни плохого, ни хорошего. Вся инициатива исходила от меня. Я сама на него забралась, — твердо произнесла эта дура. А может и не дура, хрен ее знает. Но понимать происходящее я напрочь перестал.

— Алена! — возмутилась мама.

— Что Алена? — ухмыльнулась Рыжова, — Я девочка большая. Сама знаю с кем совокупляться.

Хорошо, что «трахаться» не сказала, потому что даже от более приличного варианта мамки за сердце начали хвататься. Можно подумать сами нас в капусте нашли.

— Я не знаю, что за блажь на меня напала. Наверное, в какой-то момент заразилась вашими фантазиями насчет светлого будущего. Сама выследила его, сама спровоцировала. Какая-то одержимость. Не иначе. Слава Богу, сейчас отпустило. Поиграли и хватит.

— Вам просто нужно время, — неуверенно сказала ее мать.

Где-то я сегодня уже слышал.

— Стерпится — слюбится? — Насмешливо поинтересовалась эта девица, сломавшая всем мозг, — а на фиг мне это надо? Почему я должна терпеть, ждать, когда все притрётся и перетрется? Нет увольте. Я достойна нормального мужика, который будет ко мне хорошо относиться, а не рычать, как туповатый неандерталец. Прости милый, — сочувственно улыбнулась мне.

Ан-нет. Все нормально. Стерва на месте. Как всегда своя выгода на первом месте.

Даже полегчало. А то сидел и чувствовал себя идиотом, не способным уловить суть хитрой игры.

— Но у вас же ребенок! — вмешался мой отец.

— И что? Мне теперь ради него всю жизнь терпеть рядом постороннего человека? Кому от этого хорошо будет? Нам? — она положила руку на живот, — так точно нет.