Сгорбленный, сухонький, на вид лет пятьсот, не меньше. Кожа да кости, и непонятно, как он стоит на ногах.

Троица эта, на самом деле, сразу привлекает внимание. Заводила у них этот тощий низкорослый и горбатый, второй стоит молча. С ним тоже непонятно, как он вообще ходит. С такой-то массой. Его низкий рост полностью компенсируется толщиной. Я бы сказал, веса в нем килограмм сто пятьдесят, не меньше. Ну, и третий рослый и худой, словно щепка, тоже довольно старый. Все они почему-то улыбаются, в а глазах полная уверенность в своем превосходстве над остальными претендентами.

— Хошь удивлю? — предложил заводила, на что Черномор лишь хмыкнул.

— Ну, попробуй. Если получится, то… — договорить он не успел. Старичок непонятно откуда вынул гранату и, выдернув чеку, кинул ее Черномору.

Пока она летела, командир гвардии накинул на себя пять слоев покрова. И стоило ей приблизиться, отбил так далеко, что спустя мгновение мы потеряли ее из виду.

— Удивил? — хохотнул вредный старикашка, тогда как Черномор открыл рот, чтобы закричать на него так громко, как он умеет. — Ладно, не ори. Эта была не настоящая… А вот эта настоящая! — Снова пропустил момент, как в его руках появилась еще одна граната.

Противотанковая! Не знаю как, но сухие ручонки старикашки выдернули чеку и метнули полуторакилограммовую гранату снова в Черномора.

Но тот уже научен, и потому с легкостью отбил ее, запустив куда-то вдаль.

Прогремел взрыв. А затем еще один.

— Михалыч, ты же не носишь с собой муляжи, — совершенно спокойным и, даже отрешенным, голосом проговорил тощий. Тогда как толстяк всё это время заливисто ржал.

— Лучше скажи мне, откуда у тебя столько гранат? — я сразу заинтересовался этой троицей.

Ведь действительно, до сих пор не понял, откуда брались эти гранаты.

— Так у меня по карманам, на всякий случай, всегда расфасовано. Вот, например, это осколочная. А это просто динамит. Да и как выходить на улицу без плитки пластида? Очень успокаивает его помять, на самом деле… — он доставал и доставал разнообразную взрывчатку, складывая ее рядом с собой. — А, чуть не забыл! Противотанковая мина у меня всегда с собой. Тоже на всякий случай!"

"Да уж, тут килограмм десять, а то и больше. А пока я стоял и чесал затылок, двое других старикашек начали хвастаться, не желая оставаться в стороне.

Хвастовство в их случае — это у кого с собой больше взрывчатки. Толстяк, например, оказался не таким уж и толстым. Но пятнадцать килограмм взрывчатки с собой все равно носил. Тогда как на тощем был надет пояс смертника. По его словам, иначе ему пенсию не выдают. Пробовал без пояса, ничего не добился. С тех пор всегда его носит. Ведь помимо взрывчатки, основа там из собачьей шерсти, очень помогает для поясницы.

— Ну, этих точно берем.