Все равно дома один. Только убедился в том, что полотенце и гигиенические принадлежности находятся на расстоянии вытянутой руки.

Для начала решил просто умыться и почистить зубы. Опираясь подмышками о костыли, нанес на зубную щетку немного пасты и, закрывая тюбик, зажал щетку между зубами за щекой. Чистить пришлось быстро, чтобы не устала здоровая нога. Хоть и с упором на костыли, но удерживать вертикальное положение было все равно тяжело.

В качестве точки, на которую хотелось бы смотреть, взгляд выбрал щетку жены. Я то и дело возвращался к ней, гоняя мысли о том, что мы с Катей постоянно отталкиваем ее в сторону, чтобы взять каждый свою щетку.

Сплюнул, прополоскал рот, неуклюже умыл лицо одной рукой и помыл свою щетку. Вернул ее в стаканчик, для чего снова пришлось сдвинуть щетку жены. Наверное, это неправильно, и ее нужно убрать.

Выбросить.

Оперся ладонями о раковину. Задумался. И пока не передумал, взял щетку и замахнулся ею над мусорным ведром. Завис и опустил руку, не в силах это сделать. Но и в стаканчик ее теперь возвращать показалось неправильным.

Не нужна она ей.

Посмотрев на свое отражение, прямо в темные глаза, нашел решение. Щетка оказалась убрана в ящик за зеркалом. Осталось только отдышаться и принять факт того, что это верное решение. И плевать, что, возможно, к еще более верному решению я был близок на шаг. У меня сломана нога. Не до шагов мне. По крайней мере, не до таких сложных и тяжелых.

К слову, убрать Машину щетку для меня оказалось гораздо проще, чем собрать в сумки ее вещи."

"Снова пришлось дать ноге время для того, чтобы отдохнуть. Унитаз с опущенной крышкой на время превратился в стул. Минут через десять переглядок со скучающим псом, наконец, собрался с силами и для начала стянул с себя трусы. Со здоровой ноги спустить их оказалось не проблемой, а вот со сломанной все вышло гораздо сложнее. Трусы отлично упали ниже колена, но вытащить из них ногу или смахнуть их с нее я не мог. Переломом трясти – равносильно смерти от болевого шока.

Можно попробовать снять их костылем, но для этого мне нужно как-то умудриться удержать сломанную ногу, которую утяжеляет гипс, на весу. Даже пытаться не стану.

– Эй, – позвал пса и в порядке бреда предложил ему сотрудничество. – Если стянешь с меня трусы, то я дам тебе тещиных котлет.

Пес не сразу понял, что от него требуется. Он вообще ничего не понял, продолжая смотреть на меня тупыми, но любопытными глазами.

Пришлось приманить его к ноге и, поддевая костылем трусы, дразнить ими пса, пока он, наконец, не догадался в них вцепиться зубами и потянуть на себя.

Дальше дело оставалось за малым – поднять ногу обеими руками, чтобы освободить ткань.

– Хоть какой-то от тебя толк, – усмехнулся я, когда пёс с моими трусами в зубах вышел в коридор.