— Абсолютно! Подумать только, я мог бы уже давным-давно пользоваться им, чтобы соблазнять женщин. — Увидев, что Александра осуждающе смотрит на него, Чейз попытался оправдаться. — Ну ладно. Эти вальсирующие звезды… Звучит чертовски романтично!

— Не замечала, что вы склонны к романтике.

Их глаза встретились, и им обоим стала понятна одна очевидная вещь.

Александра была ближайшей к нему особой женского пола."

"Чейз не собирался — ни в коем случае! — домогаться гувернантки, работающей в его доме. Да, он повеса, большой любитель женщин, но для джентльмена гоняться за кем-то из домашней обслуги не просто проявление распущенности.

Это вызывает отвращение.

— Девочки… — пробормотал Чейз, преодолевая возникшее напряжение. — Как прошел ваш первый день?

— Многообещающе.

— Я и не сомневался.

— Вы могли бы рассказать мне об их интересах, о том, как их учили — обо всем вообще?

— Их практически ничему не учили, но все равно им удалось вырасти умными. Сфера их интересов: шалости, болезни, мелкое воровство, преступные заговоры против прислуги…

Александра тихо засмеялась.

— Вы говорите так, словно они закоренелые преступницы.

— Они уверенно идут по этой дорожке. Но теперь есть вы. Вы возьмете их в руки. Я верю в вас, мисс Маунтбаттен. — Он игриво похлопал ее по плечу. — У вас врожденный талант поддерживать строгую дисциплину.

Она сжалась.

— Кстати, об этом…

— Если вы собрались извиняться, то не стоит. Я полностью заслужил вчерашнюю выволочку, и даже более того. Хочу вас заверить: вы уже не увидите хуже того, что видели. Тем не менее я должен сказать вам следующее…

Александра сосредоточилась.

У нее имелись пугающе огромные запасы внимания, которым она могла одаривать всех вокруг. И это, естественно, признал Чейз. Эта женщина добровольно вглядывается в пустоту ночи в надежде на то, что когда-нибудь крохотная частичка света блеснет в ответ. Пока Александра рассматривала его, Чейз вдруг понял: ему хочется стать тем, кто принесет ей награду за эти наблюдения.

«Здесь только темнота, дорогуша. Не трать время попусту».

— Если вас беспокоит моя репутация, — сказал он скорее для себя, чем для нее, — то это напрасно.

Мысль соблазнить вас никогда не придет мне в голову.

Она кивнула.

— Благодарю за ваши заверения, мистер Рейно. Я с величайшей признательностью принимаю их.

Глава 7

«Мысль соблазнить вас никогда не придет мне в голову».

Как потрясающе точно было выбрано время для этой фразы! На самом деле у этого человека были все возможности превратить гордость Александры во что-то вроде выеденного яйца.