Но удара об пол не последовало.

Казалось, земля разверзлась, и женщина продолжила падать в непроницаемую тьму, захлебываясь собственным криком.

А затем ее крик оборвался.

Тьма рассеялась. Нериль обнаружила, что каким-то образом оказалась в своей комнате в Дардаасе, сидящей на том же пуфике, перед тем же зеркалом, с которого шесть лет назад началась история ее бегства. И снова на ней та самая ночная сорочка, а на столике лежит гребешок. Все как тогда.

Не понимая, что происходит, она заглянула в зеркало. Но на этот раз в нем не отражалась комната, только сама Нериль, а за спиной женщины клубился густой туман, в котором то и дело мелькали багровые всполохи.

Она осознала, что до сих пор что-то с силой сжимает в руке. Опустила взгляд и вздрогнула. Это был ее брачный венец.

Нериль попыталась разжать пальцы – и не смогла.

– Думаешь, я так просто тебя отпущу? – раздалось шипение.

Оно прозвучало так близко, словно обладатель голоса стоял за спиной.

Нериль в страхе вскинула голову. Но в зеркале по-прежнему отражалась только она сама и туман.

– Кто ты? – воскликнула  женщина. – Что тебе нужно?

Она хотела обернуться и убедиться, что позади никто не стоит.

Но не успела. Невидимая рука, холодная и костлявая, опустилась ей на плечо и сжала так, что Нериль почувствовала острые когти, входящие в плоть.

– Эта никчемная тупица Марлен уже получила свое. Теперь пришла твоя очередь. Неужели вы, люди, настолько глупы, что думаете, будто дарги могут справиться с нами?

– Я не знаю, о чем вы! Отпустите меня!

Охваченная паникой, Нериль попыталась вскочить, но неведомая сила пригвоздила ее к сиденью.

– Сиди смирно, глупая женщина! Я не хотел лишних смертей, – прорычала темнота ей на ухо.

– Я дал тебе шанс прожить свою жизнь и вырастить сына. Условие было только одно – избегать встреч с Бескрылым! Но ты все испортила!

Рычание перешло во вкрадчивый шепот:

– Знаешь, что бывает с теми, кто идет против правил? Их убивают!

Невидимый костлявый палец скользнул по подбородку Нериль, поднял ее голову и заставил смотреть в зеркало.

Сейчас в нем отражался подвал Дардааса: каменные стены, горящие  светильники и сдвинутые сундуки. А еще Николас. Он стоял на коленях, держа в объятиях безвольное женское тело.

По телу дарга пробегали волны сияния, предшествующие обороту. Его лицо исказилось от боли и ярости. Казалось, он едва сдерживается, чтобы не сменить ипостась.

– Сейчас ты умрешь! – прозвучало над ухом. По спине женщины  пополз холодок. – А твой дарг обратится в дракона. Мы все равно победим, так или иначе!

Нериль ощутила, что мелко дрожит. Но не от страха. Вернее, от страха, но не за себя."

"Если Николас не сдержится и превратится в дракона прямо в подвале под замком, то он разнесет всю крепость.