Женщина на троне, попирающем достоинство драконов, закашлялась, не в силах ответить.

– Ржавый дракон Илиас Скайверн, вторгнувшийся в мой дом, благодаря моей лжи был выпущен из тюрьмы, но совершенно без причины покончил с собой путем выстрела, произведенного в висок. Знаете, мы виделись накануне его смерти – он определенно не был похож на человека, замыслившего свести счеты с жизнью! – и я шагнула к трону.

– Стой! – захрипела эта воистину жесточайшая женщина из всех.

– Миссис Томпсон, – продолжила я, – женщина, своими поступками заслужившая приговора за нарушение закона, но смерти она не заслуживала.

И я сделала еще шаг.

– Стой! – захрипела, сотрясаясь та, что судя по всему даже не знала имен тех, кого обрекла на страшную гибель.

– Почти четыре сотни невинных жертв в Вестернадане. Сотни загубленных жизней, сотни детей оставшихся без матерей, сотни родителей лишившихся дочерей, сотни мужей, потерявших смысл жизни.

И еще шаг.

– Ну давай же? – она подняла голову, продемонстрировав искаженное злобой потерявшее всякую человечность лицо. – Еще шаг и ты вступишь на шкуру черного дракона. Думаешь, он здесь для красоты? О нет, глупая ты марионетка Стентона, он здесь для защиты.

И любой, кто желает причинить мне вред или убить, вступив на шкуру этого дракона, сгорит синим пламенем!

Я улыбнулась.

– Знаете, – стоя на месте, произнесла я, – мне давно стало ясно, что за всеми этими преступлениями стоит кто-то один."

"Миндалевидные глаза женщины приобрели более широко распахнутую форму, позывы рвоты сотрясали ее, но она держала платок у рта, отчаянно боясь с собственным телом, и не желая пропустить ни слова из сказанного мной. Вероятно, она ожидала, что я выдам какую-либо информацию, что может оказаться ей полезна в будущем, ведь в своей безопасности она была уверена.

Столь сильно уверена, что это наталкивало на не самые приятные размышления… но я не желала сейчас отвлекаться на них.

– Вам интересно узнать, что вас выдало? – тихий вопрос.

И неуверенный кивок той, что действительно была заинтересована в ответе.

– Жестокость.

Всего одно слово, и женщина на троне лишь подалась вперед, не понимая и не осознавая, но очень явственно желая понять, в чем же, и где она просчиталась.

Что стало ошибкой ее идеального плана.

Что ж, я вполне могла позволить себе пояснить:

– Вы маг! – прозвучало почти обвинением, и вызвало у обвиняемой лишь улыбку.

Но я только начала.

– Вы маг старой школы. Жаль лишь, что я никогда не задавалась вопросом, откуда в принципе взялось понятие и суть магии старой школы. И я, и все прочие, восприняли существующий порядок как данность. Но то, что стало именоваться термином «магия старой школы» в наше время, ведь когда-то определенно являлось современной магией.